Выслушав сбивчивые объяснения, половину из которых она даже не запомнила, Маша бросилась вон из этого двора. Взвизгнула тормозами вывернувшая из-за угла машина. Дождь бил по лицу. Смазанные тени домов, люди, птицы в сером небе - всё пронеслось мимо диком хороводом.
Лишь оперевшись о кирпичную ограду кладбища, она пыталась отдышаться. Дождь превратил дорогу в грязное месиво. Вдоль проезжей части зажглись фонари. Их желтоватый свет дрожал в сумерках. На улицах города было безлюдно.
Кирпичная кладка местами осыпалась, поросла мхом. Вход на территорию она нашла довольно быстро. Здесь фонари были только на главной аллее, да и отделялись один от другого целыми провалами темноты. Маленькая церковь испуганно прижималась к ограде.
Маша зашагала вглубь кладбища. Полоса темноты, полоса света, полоса темноты. Запах сырости становился всё сильнее. На металлических оградках с обеих сторон от аллеи облупилась краска. Туда, где фонарей уже не было, Маша идти не решилась.
Там, дальше, чёрные силуэты деревьев мирно уживались с крестами и памятниками, ей почудилось движение. Она не шагнула в сторону, так и осталась стоять в лужице фонарного света. Вскоре силуэты стали различимыми, послышались голоса.
Всхлипывала женщина. Она закрывала лицо руками и совсем не смотрела на дорогу. Она бы, наверное, и не смогла выбраться с кладбища, но под руку её вел высокий бледнолицый мужчина. Он беспрестанно бормотал слова утешения, ласковые глупости, которые нисколько не могли помочь. С другой стороны от женщины плелась девочка. На вид ей было не больше десяти лет. На секунду взгляд её глаз остановился на Маше, и та задохнулась от страха, прочтённого в этом взгляде. Девочка цеплялась за юбку матери, но ручонка соскальзывала и она цеплялась снова.
Маша отступила на шаг, пропуская поздних посетителей кладбища. Случайное воспоминание кольнуло её в грудь. У Мифа есть дочь...
Настольная лампа отбрасывала оранжевый блик на голую стену, а в этом блике нервно дрожал профиль её собеседника.
- Почему его похоронили без вскрытия? - свой голос Маша опять не узнавала. Она упёрлась обеими руками в стол и буквально нависла над мужчиной в форме. За окном уже совсем стемнело, и редкие придорожные фонари не разгоняли липкий мрак.
- Как это без вскрытия? Мы делали, не надо, - он то брался за ручку, решая дописать порядком измятый документ, то ставил эту ручку в кружку с отколотым краем, служившую хранилищем здешних канцелярских принадлежностей.
- Вы делали! По запросу Центра вы обязаны были предоставить тело нашим экспертам! Почему вы разрешили его похоронить?
- Ну родственники приходили... просили... - пробормотал он, видимо размышляя, не лучше ли просто сползти под стол. Хотя, наверняка Маша бы достала его и оттуда.
- Родственники просили? - рассерженной змеёй зашипела она. - Вы где учились вести следствие? Под землёй? На другой планете? Родственники попросили, да? А мне что теперь прикажете делать, эксгумацию проводить?
- З-зачем же эксгумацию... - он принялся лихорадочно разгребать бумаги на столе. - Вот, всё есть. Мы всё сделали, как надо. Посмотрите, вот...
Он протянул ей слегка потрёпанный жизнью листок.
- Что это? - Маша скептически окинула взглядом видавшую виды бумагу.
- Протокол. Сами посмотрите. Тут всё написано.
Она выхватила лист из его рук и поднесла к глазам. Но строчки прыгали, буквы никак не хотели складываться в слова, одно за другим на текст наползали разноцветные пятна. Маша рухнула на старенький стул и снова попыталась прочитать. В глаза бросилось: заклинание удушения, следов физической расправы не найдено, документы и деньги не пропали...
- Эксперт по магии, да? - машинально поинтересовалась она.
- Есть у нас, - обрадовался такой перемене её настроения сержант.
- А почему вы решили, что магам деньги его понадобились? - Маша подняла на него чуть сощуренные глаза. - Артефакты... на артефакты вы его проверили? Что за ним числилось? Что пропало?
Сержант посмотрел на неё так, словно Маша считала маленьких зелёных человечков, скачущих по его столу. Он озадаченно покачал головой.
- Ну вы хотя бы его родственников, сослуживцев опросили? Они должны были знать! - снова начиная терять терпение, выкрикнула Маша. - Он без артефактов никогда не работал! На нём шнурок чёрно-синий был? А кулон из чёрного камня? Вы его не глядя закопали что ли?
Получив в ответ лишь невнятное мычание, она закрыла лицо руками и шумно вздохнула. Протокол мёртвой бабочкой спланировал на пол. Окружающая темнота звенела тысячами голосов, а от запаха казённого помещения кружилась голова.
- Может... вам водички? - несмело предложил сержант.
Она отвела руки от лица и испытывающее посмотрела на него. В его глазах читалось только сожаление - словно это он сам причинил боль Маше. Грусть - совсем не подходящее чувство для человека такой профессии.
Маша подняла с пола протокол и снова повертела его в руках. Положила на стол. Покусала губы.
