«Завтракал с тремя сыновьями, а потом читал. В 3 1/г гуляли с тремя детьми и катались на лодках по озерам. Обедал один в своем кабинете, а потом был у детей и стал заниматься и писать. Мишкин пресмешной; сегодня за завтраком я спрашиваю его, будет ли он теперь всегда завтракать с нами, когда ты вернешься с Ксенией. Он отвечает: нет, я буду завтракать у себя. Так что это одолжение он сделал только ради твоего отъезда. Посылаю тебе при этом письмо, составленное Ники, – описание французского урока Жоржи; оно составлено смешно и очень удачно, наверное, вы будете хохотать, действительно недурно!»
Любовь к детям была отличительной чертой государя. Государственный секретарь А.А. Половцов писал: «Александр Александрович особенно любит детей и веселится с ними больше, чем на каком бы то ни было бале».
Граф Шереметев отмечал: «…не было ему лучше удовольствия, как возиться с детьми, можно сказать, что дети вообще были его друзьями. Чего только не выкидывал он с ними, и сам играл с ними, как ребенок. Детские воспоминания должны сохранить не одну черту его неисчерпаемого добродушия, его неизменной ласки, его сердечного привета».
Великий князь Александр Михайлович в своих мемуарах писал, что монарх, сумевший обуздать темперамент императора Вильгельма II, не мог удержаться от смеха, слушая бойкие ответы своих детей. Ему доставляло большое удовольствие, что называется, окатить «ушатом холодной воды юного Михаила Александровича, но великий князь не остался в долгу и уже за обедом готовил отцу новый сюрприз».
Старший сын Николай как наследник престола, естественно, вызывал особо пристальное внимание родителей.
«С гувернером дела обстоят замечательно, и, надеюсь, так будет и дальше. По его словам, он уже всем рассказал, [что] очарован Ники, его прекрасной открытой натурой и добрым характером, что он весьма и весьма развит (чему во многом споспешествовала моя добрая г-жа Флотов). Можешь поверить, мне было весьма приятно слышать это и теперь я возлагаю большие надежды на то, что все, даст Бог, будет хорошо! Я присутствовала на первых уроках Ники с учителями – по русскому языку, по арифметике, по чистописанию и по рисованию, как видишь, мальчик начал серьезно заниматься, и говорю с печалью в сердце, что самое прекрасное время осталось в прошлом; сам он весьма доволен и, к моей радости, любит читать и учиться с огромным желанием».
В десятилетнем возрасте еженедельно у Николая было двадцать четыре урока, а когда ему исполнилось пятнадцать лет, их количество выросло до тридцати. Домашняя подготовка к занятиям также занимала значительное количество времени.
Главное, что пытались привить родители детям, была доброта, доброе отношение к сверстникам и к окружающим их людям. В одном из писем к Марии Федоровне Александр замечал:
