Он резко схватил две бумаги и, сдержав гнев в сердце, проверил, нет ли проблем в договоре. После Старейшина решительно прикусил большой палец до крови и прижал его прямо возле своего имени!
— Забирай! И с сегодняшнего дня не говори, что хоть как-то принадлежишь к моей семье Мун! — старик с негодованием бросил соглашение под ноги Ариэле.
Но девушка и не возражала, эти люди сами себя сейчас позорят. Она подняла с земли документы и внимательно посмотрела на красный отпечаток, совершенно довольная таким исходом.
— Хорошо. Теперь я пойду к себе домой, и больше ни ногой даже на деревянный мост, что ведет к вашему поместью. Однако… у меня нет проблем с памятью, и я буду ждать отправку вышеупомянутых вещей мне в течение трех дней. Не люблю, когда мои вещи долгое время находятся в чужих руках.
— Иди! — Старейшина, в конце концов, не смог сдерживаться. Он дошел до крайней точки кипения, но на глазах стольких людей не смог ничего предпринять, поэтому быстро развернулся и собрался уйти обратно в дом, при этом крикнув охранникам:
— Закройте двери!
В этот момент издалека вдруг раздался удивленный голос:
— Почему это здесь собралось так много народу? Что происходит? — люди начали оглядаться, замечая, что совсем недалеко стояли люди, одетые в официальную форму из дворца. Они были людьми Его Величества!
Толпа быстро расступилась, открывая им путь. Самый первый человек отличался более роскошными одеждами и своим поведением. Как только он увидел Ариэлу и представителей семьи Мун, то внезапно почувствовал радость:
— Приветствую вас! О, разве вы не старшая мисс Мун? Очень приятно. Много о вас наслышан. Слышал, вы были приняты в лучшее учебное заведение, что не могло не порадовать Его Величество!
Девушка улыбнулась и поприветствовала слугу Императора в ответ:
— Евнух Гун очень вежлив. Я должна поблагодарить вас и, если будет дозволено, Его Величество за предоставленный мне шанс! — этот человек был одним из приближенных к Императору и, несомненно, мог себе позволить дать разрешение на посещение дворца многим людям.
Он являлся более благородным, чем другие придворные и его, соответственно было легче «обидеть». Поэтому, в большинстве случаев, другие вели себя с ним, почти как с представителем королевской семьи.
В это время Старейшина Мун, который уже давно остановился, кашлянул, привлекая к себе внимание королевского служащего:
— Евнух Гун, какими судьбами здесь? Что-то случилось с Его Величеством? — спросил он с наигранным беспокойством.
— О, спасибо Создателю, нет! Я пришел с прекрасными новостями! Можно сказать, в вашем доме двойное счастье!
— Д-двойное счастье? — растеряно переспросил Глава дома Мун, — извините, я не совсем вас понял.
Евнух Гун на это рассмеялся и улыбнувшись, указал на Ариэлу:
— Что ж, первое, естественно, это то, что мисс Мун была принята в «Огненный цвет» с очень хорошими результатами! Его Величество приятно удивлен, впрочем, как и я. И вторая радость — старая рана старшего господина Мун. До Императора дошли новости, что он успешно исцелился и даже прорвался к воину пятого порядка! Его Величество очень счастлив и сразу назначил его гениралом Императорской гвардии, аргументируя это заслугами в прошлом, которые не были оценены! Ваша семья должно быть очень рада! Действительно понимаю, как вы счастливы, — представитель Императора смотрел на застывшее лицо Старейшины, — даже я вам завидую!
Когда он закончил, вся улица погрузилась в гробовую тишину.
Лица всех, кроме евнуха с гвардейцами, Ариэлы и ее дяди Рея, были также безобразны, как будто они проглотили муху!
Королевский служащий сразу заметил, что что-то было неправильно, и улыбка слегка сошла с лица:
— Это… я сказал нечто странное?
Старик мгновенно вернулся в реальность и посмотрел на евнуха невидящим взглядом. Он хотел что-то сказать, но его язык будто онемел.
— К-как это возможно? — неверующе спросил его второй сын, — в прошлом мой брат получил множество травм. У него же не было почти никаких шансов, Вадгард никак не мог внезапно поправиться и, более того, прорваться на уровень выше!
Он не верил! Это определенно неправда, просто шутка!
Евнух Гун моргнул и его взгляд немного потемнел, а улыбка похолодела.
— Второй господин Мун не верит, что ложные слухи семьи не удались? — Мариям резко заткнулся, застывший от шока.
— Нет, нет! Я не это имел в виду! Я просто, просто слишком шокирован… Новости такие неожиданные! Как же… как же это возможно… — отец Майи постепенно сник.
Положение семьи Мун сейчас было предельно ясное: за последние несколько лет только Вадгард и его дочь пострадали. Если бы это было покушением на целую семью, то после них жертвами должны были стать и другие члены Мун. Но их не было… Из этого следует вывод, что семья была причастна. По крайне мере, так подозревал тайно эвнух. Если с Вадгардом может и было случайно, то его дочь получила статус мисси почти сразу.
Но зачем предпринимать такие серьезные шаги, если Мун итак давно вытесняются другими семьями…?
Мариям был в ступоре дольше всех, и каждую секунду спрашивал себя: «Как так? Как так?»
