— Семейное благочестие это трудолюбие, справедливость, воздержание… Эти вещи никак не относятся к семье Мун. Но они не то, что я хотела бы обсудить с вами, — Ариэлу, казалось, не волновало, какие эмоции вызывают ее слова, брови девушки все еще находились в расслабленном положении.
Предложение из нескольких слов было такое простое и понятное, но сопровождалось легкими величественными нотками.
В конце концов, третий сын Старейшины серьезно нахмурился:
— Ари, прекращай говорить небылицы. Я знаю, что твое сердце не такое плоское, просто ты слишком импульсивна.
— Третий дядя, я уже все решила, — это был пока единственный человек, с которым Ариэля искренне вежливо себя вела. Потому что в памяти прошлой хозяйки он один из тех немногих людей, которые помогали ей и отцу, и никогда не относился с презрением.
У дяди Рея не было своих детей, и, несмотря на его постоянную улыбку на лице, он являлся очень серьезным человеком.
Но потом произошло слишком много вещей, и хотя третий дядя хотел помочь Ариэле, но, к сожалению, его отдалили насколько, что он не смог ничего сделать.
Рей смотрел на девушку, и ему оставалось только вздохнуть, отчасти облегченно. Наверное, так действительно будет лучше.
В конечном итоге, он был бесполезен… если бы мужчина имел больше прав в семье Мун, то смог бы помочь племяннице, и ей не нужно было бы принимать такой серьезный выбор в своей жизни…
Эта девушка… очевидно, что любовь к семье Мун полностью умерла в ее сердце!
«Сейчас Старейшина хочет удержать ее, но, боюсь, уже поздно» — Рэй отвел глаза, чувствуя себя виноватым.
— Девчонка! Сейчас твоего отца здесь нет, как ты можешь говорить что-то от его слов?! Ты спрашивала разрешения?! — Мариям, который до этого молчал, начал пытаться с новым безумием растоптать Ариэлу. Но в голосе слышалось больше нетерпения, чем раздражения.
Если она с Вадгардом уйдут… это может и не быть хорошо для Мун, но для него с женой и дочерью это станет лучшей новостью за всю их жизнь.
Мужчине больше не придется доказывать что-то отцу и конкурировать со старшим братом за статус следующего Главы Мун, а Ариэла не сможет затмевать его прекрасную дочь своей «гениальностью»!
Когда эта парочка уйдет, все в поместье Мун будет его!
Пока еще старшая мисс Мун смотрела на своего второго дядю, на его сверкающие жадностью глаза, и легко могла угадать мысли этого гнусного человека.
Она улыбнулась и медленно произнесла:
— Все, что я ранее говорила, является полностью правдой. Будьте уверены, после окончательно расчета с нами, мы, естественно, пойдем своей дорогой и больше никогда не упомянем, что когда-то являлись Мун, — видя удивленность на лицах родственников, она начала загинать пальцы, считая, — во-первых, приданное моей матери насчитывало все вместе около 120 000 золотых монет: украшения, драгоценные вещи, картины и другое… Если я правильно помню, после Того случая, я не оправдывала ваши ожидания и доверие, поэтому вы все передали миссис Орфи. Теперь, когда мы хотим разорвать отношения, эти вещи нужно вернуть нам, — в этот момент на Марияма и его жену было жалко смотреть, — во-вторых, я — дочь первого сына Главы дома, и являлась старшей мисс Мун. Думаю. Думаю, вы догадываетесь, что после выхода из семьи, нам с отцом будет непросто. Поэтому прошу Старейшину выделить нам одну пятую казны Мун. Это самое малое, что мы можем взять.
— Мечтай! — Мариям, после долгого воздержания, решил взять инициативу торговаться на себя, — в семье Мун много детей, и ты одна хочешь легко забрать столько денег себе, на которые они все могли бы жить полгода! Хорошо устроилась!
— Они? Или ваша семейка? — тихо задала себе вопрос Ариэла, — Я много сделала для семьи в эти годы, — обращалась она все еще к Старейшине, — если вы считаете это несправедливостью, мы можем пойти к Его Величеству, чтобы найти справедливость!
Мариям резко закрыл свой рот.
Поэтому он и тайно угнетал Вадгарда, потому что кто не знал, что его старший брат был ранен, защищая Императора. Если этот вопрос дойдет до Его Величества, даже включая свою доброжелательность к Мун, он всегда будет на стороне человека, что спас ему жизнь!
Все это заставит их семью еще больше пристыдиться!
Внезапно Старейшина очень зло засмеялся:
— Хорошо! Ты должна была учитывать тот вариант, что я соглашусь. Поэтому, с этого момента, вам двоим не разрешено ступать на территорию Мун, либо пользоваться этим именем! Посмотрим, как вы выживете в столице без единой поддержки! — старик был просто уверен, что без их семьи, отцу и дочери негде будет жить и не за что существовать!
Но это теперь не его проблемы!
Ариэла уважительно поклонилась, спокойно улыбнувшись:
— Вы не должны об этом беспокоиться! Я уже купила новый дом на Западной улице несколько дней назад. Хотя он не такой большой, как поместье Мун, но хотя бы чистый. В нем пока немного вещей, но по календарю даосизма 10 августа — лучший день, чтобы попрощаться со всем старым и грязным, и переехать на новую землю!
Слыша такое, никто уже не сомневался в настоящих намерениях Ариэлы!
