Позади них, внизу, раскинулся городок Уаргла – оазис, насчитывавший более полумиллиона пальм. Настоящий лес, зеленый кордон, преграждающий путь безбрежной Сахаре. Он был старейшим сахарским городом, приятным местом среди равнины ослепительно-белого песка. С юга и запада к Уаргле подступало пересеченное плато, а к северу находился
Город окружал ров и две стены, защищавшие от мародеров. В центре находилась площадь, окаймленная колоннами. Здесь располагался центральный рынок, окруженный лавками и магазинчиками, внутри которых было сумрачно и прохладно. По обеим сторонам площади стояли мечети. Над каждой возвышался живописный минарет, и оттуда по несколько раз в день звучали гипнотические голоса муэдзинов, читавших отрывок из Корана и созывавших правоверных на молитву. В базарные дни площадь кишела народом, собиравшимся отовсюду. Здесь продавали, покупали, меняли, спорили, ругались и просто проводили жаркий день. Здесь можно было встретить лица и одежды из всех уголков пустыни. Поль и не подозревал о существовании столь красочного зрелища, таких звуков и запахов, экзотических блюд, фокусов и музыки.
– Что, не терпится? – спросил Реми, видя, с какой жадностью Поль всматривается в пустыню.
– Чувствую, там моя судьба.
– Из того, что я слышал в гарнизоне, ты скорее встретишь там мух, – усмехнулся сержант.
– Уж лучше мухи, чем ожидание. Врагу не пожелаю заниматься снабжением каравана.
Полю поручили закупать провиант и все необходимое для экспедиции. Едва начав, он сразу же понял, как ему несказанно повезло с новым помощником по имени Хаким, невероятно тощим шамба, одетым в лохмотья. Зубы у совсем еще молодого парня, почти мальчишки, успели сгнить от сладкого чая. Помимо арабского, он хорошо владел французским и знал, где найти все, что только можно пожелать, в таинственном лабиринте улочек Уарглы.
Поль руководствовался общим списком, подготовленным подполковником Флаттерсом. Тот ежедневно проверял ход закупок и сетовал по поводу каждой суммы.
– Trop cher![62] – непременно ворчал, даже если это и было не так, а Поль обещал впредь тратить экономнее.
Однако при всем усердии Поля дело двигалось медленно. Он думал, что совершать крупные закупки будет легко, и ошибся. Посещая базары, он или Хаким спрашивали насчет нужного товара. Начинались подробные расспросы, затем их знакомили с нужным торговцем. Тот красочно расписывал безупречность своей репутации и говорил, как Полю повезло встретиться не с кем-то, а именно с ним. По этим прелюдиям Поль научился оценивать самих торговцев: чем неприятнее был сам человек, тем цветистее он расхваливал свое доброе имя.
Подобными речами обычно и заканчивался первый день. Только на следующий Поль с Хакимом приходили в магазин. Торговец начинал долго и восторженно рассказывать о высочайшем качестве своих товаров, уверяя, что лучше им не найти ни в одном уголке пустыни. Он угощал потенциальных покупателей чаем и разными историями про оазис. Этим заканчивался второй день.
На третий день, если не возникало чего-нибудь непредвиденного, Поль и Хаким могли взглянуть на одеяла, овец или интересующий товар. Продавец требовал комплиментов и не желал что-либо обсуждать. За вечер покупатели должны были понять, какие сокровища они приобретают. До разговоров о цене добирались только на четвертый день. И снова покупателей ждало продолжительное чаепитие, где смех и шутки перемежались обвинениями в маловерии и поднимались вопросы происхождения. Большинство переговоров вел Хаким. Умение торговаться было у него в крови. Он тараторил на арабском, произнося страстные, пламенные речи. Поль имел все основания считать, что благодаря помощи Хакима французская сторона платила лишь двукратную стоимость за каждый товар вместо четырех- или даже пятикратной.
Чтобы окончательно договориться о цене, мог понадобиться еще целый день или даже два. Потом возникали новые споры насчет количества того или иного товара и сроков поставки. Торговец стонал, всплескивал руками и жаловался на неминуемую бедность, в которую заключаемая сделка ввергнет его самого и потомков. Сумев-таки договориться о цене, покупатели приходили на следующий день обсудить поставку. И тут их ждал новый сюрприз. Оказывается, продавец слышал, что на другом базаре за тот же товар дают больше, и потому отказывается от прежней договоренности, причем только здесь он проявлял завидную быстроту. Очередная задержка в снабжении каравана вызывала у подполковника очередную вспышку гнева, а Полю приходилось все начинать сначала. Весь процесс закупок характеризовался сводящей с ума предсказуемостью, когда терпеливость значила больше, нежели хитроумные уловки. Нетерпение никогда не давало результатов. Любые попытки Поля ускорить процесс имели обратное действие.
Как-то он посетовал Хакиму, что тот полчаса покупал горсть фиников, которыми они обычно перекусывали на ходу.
