— …А Владимира Леонидовича вчера уже и похоронили, — грустно поведала она. — Андрей все организовал и сделал, никого не предупредив, не дав попрощаться… Ну да Бог ему судья… Теперь мне в аэропорт надо, Ваню встретить. Он один-одинешенек на такое громадное расстояние летит. Страшно представить. Только я решила — пусть здесь будет. Права ли, нет ли — пусть. Может, он сядет рядышком, а вам легче станет. Ничего же до конца не изучено, вдруг поможет… Да и вы уж, Оленька, как-нибудь побыстрее очнитесь, чтоб сыночка не пугать. Я с вами и с безответной поговорить могу, а малышу услышать надо, что на поправку дело идет, что вы живы и вернетесь. Хорошо? Что еще? — Лиза призадумалась на секунду. — Деньги в доме пока есть, те, что на хозяйство мне оставили. Мы не пропадем, не волнуйтесь. И навещать будем. Спасибо, пропуск достали хорошие люди. Не пропадем, Ольга. Это я обещаю…
Она печально улыбнулась и слегка коснулась рукой бледных тонких пальчиков хозяйки.
Женя мягко надавил педаль тормоза, и машина остановилась. Он неспешно обернулся через плечо к расположившемуся на заднем сиденье Семирядину. Андрей энергично встряхнулся, прерывая ход своих невеселых мыслей, и потянулся к дверной ручке.
— Ты — никуда, — отдал он короткое и четкое распоряжение водителю. — Я быстро могу обернуться.
— Я никогда никуда, — бесстрастно парировал Женя, закуривая сигарету и извлекая из бардачка компактную книжечку сканвордов.
— Знаю…
Семирядин выбрался из уютного салона и решительно направился к больничным воротам. Его похмельный взгляд, ставший в последнее время нормой, выхватил на стоянке знакомые очертания «фольксвагена-жука». На мгновение Андрей остановился и недовольно поморщился с нескрываемым отвращением.
— О! И эта здесь! — сварливо проворчал он. — Тереза, мать…
Однако долго задерживаться на свежем воздухе новый владелец «Империи» не стал. Отерев пот со лба рукавом рубашки, Семирядин, посапывая на ходу, поднялся на крыльцо и зашел в здание больницы. Дорога была ему уже хорошо знакома, а потому до кабинета заведующего отделением Андрей добрался за считаные секунды. Он чисто для проформы дважды энергично стукнул костяшками пальцев по косяку и уже без прочих предупреждений о своем незваном визите толкнул дверь в апартаменты местного эскулапа.
— Игорь Карпович, вы слишком заняты? — Семирядин нацепил на лицо дежурную улыбку. — Или не слишком?
Доктор недовольно оторвался от изучения рентгеновских снимков и перевел взор на визитера. Сдернул с переносицы узкие очки, положил их справа от себя на столешницу и потянулся за сигаретами.
— И зачем эти паломничества? — не очень гостеприимно встретил Игорь Карпович размашисто шагнувшего к его рабочему столу Семирядина.
Мужчины обменялись рукопожатиями. Андрей отметил, что ладонь заведующего была вялой и слегка влажной от пота. Он невольно вытер собственную руку о штанину.
— Вы должны ежедневно ощущать внимание, заботу, материальную заинтересованность, Игорь Карпович, — с ходу перешел к стандартной для него форме общения Семирядин.
Но эскулап не разделил его энтузиазма.
— Мне бы выспаться, — глухо произнес Игорь Карпович, закуривая и разгоняя рукой густые клубы дыма, зависшие перед самым лицом. — Просто поспать… А я ради нее дежурство это воскресное взял. Делается все, что надо, господин Семирядин. Внешнюю гематому черепную уже убрали, за внутренней понаблюдаем. И вы напрасно себя и нас нервируете.
— А нельзя интенсивней наблюдать? — не унимался Андрей. Садиться в кресло напротив собеседника он счел излишним, тем самым демонстрируя свою вечную занятость и катастрофическую нехватку времени. Дескать, заскочил всего на пару секунд в силу неподдельного беспокойства о самочувствии доброй знакомой. — Ну и в целом — терапию вести быстрее?
— Как? — хмуро поинтересовался Игорь Карпович.
Решение аналогичных вопросов для Семирядина всегда было одним и тем же.
— Могу только повысить гонорар, — предложил он с искренней улыбкой.
— Да не все деньги решают, Андрей Матвеевич!
Семирядин сразу как-то погрустнел.
— Ой, все, — с тяжелым вздохом признался он. — Или очень многое. Я, скажем, здоров сию минуту, а через день-другой могу оказаться мертвее мертвого. Без всякой предварительной симптоматики. И никакая ваша неврология с реанимацией не помогут… Ольга нужна!
— Стараемся. — Заведующий отделением развел руками.
— И кстати, — хлопнул себя ладонью по лбу Семирядин, будто только что вспомнил о выскочившем из его многострадальной головы важном аспекте дела. — Какую-то справку надо взять от вас, чтоб младшего Кирсанова в Москву из Англии вызвать.
— Так я дал вчера, — огорошил его своим ответом Игорь Карпович.
— Кому?
— Понятия не имею. Было указание с самого верха, из Минздрава. Хоть мы напрямую им не подчиняемся, но, сами понимаете, отношения портить не резон. Пришел мужик, здоровый как шкаф, и взял все необходимые справки и пропуск к больной — то ли для компаньонки, то ли для экономки. На чье имя пропуск — у старшей сестры записано.
