Похоже, мы неудачно приземлились, рухнув прямо на местные силы терранов. Голову прострелила боль и новая вспышка воспоминаний: неполная пятёрка Мну выносит меня из капсулы. Краем сознания я отметила, как один из разъярённых хомячков прыгнул вперёд на выехавший танк подобно орку, перекусив ствол орудия, направленный на нас, а затем этот милаха залез под танк и банально откинул его метров на сто в сторону, чтобы в следующий миг дико закричать. От его крика и от него во все стороны рванула волна огня с вплетёнными в неё цепями золотистых молний, аннигилируя все на своём пути.
Вот следующий кадр как мимо нас пронеслась Либри верхом на израненном и едва окрепшем механикусе — Искорка и Михаил которые нырнули в кратер, из которого меня мгновения назад вытащили Мну.
Опять тьма, опять ярость, опять гибель моих деток, опять чувство бессилия — из-за меня там дети мрут, а я не в силах их защитить и направить, повести за собой. Это неприемлемо, матери должны направлять и вести за собой порождённых нами и защищать их.
Новое мимолетное прояснение: в отдалении слышны стрельба и взрывы, а меня на весьма приличной скорости несут как можно дальше. Рядом старшие дети, Оборотни, Либри, механикусы, биологи и Мну… И у всех своя тяжёлая ноша — раненные сестры и братья, остатки нашего снаряжения и капсул…
'
Вновь краткое мгновение прояснения, детей стало больше, меня грузят в терранский грузовик, который на ходу красят в красно-фиолетовую камуфляжную раскраску. Краем глаза вижу, как нас догоняет странная транспортная платформа, на ней огромная хризалида. В отдалении сверкнула яркая вспышка, дети, побросав краску, закинули меня, наплевав на всякую осторожность, и сорвались с места, выжимая из транспорта людей всё, что могли только предусмотреть его создатели.
Новая вспышка от канонады разрывов снарядов погасила последние огоньки младших и жизни ещё двух старших детей, но три старших огонька ещё тлеют, не гаснут в этом пекле. Ярость за смерть детей вновь погасила моё сознание.
И вновь обретя ясность сознания, я увидела перед собой Варвару. Лицо моей старой подруги было злым и недовольным.
Варвара — первородная, она нянчилась со мной ещё с тех времён, когда я только осознала себя личинкой, именно она впервые показала, как соединить плоть с техническим устройством, создав симбиоз плоти и биоимплантов-низших. Лёгким прикосновением, которому невозможно сопротивляться, она дала моему телу команду погрузиться в лечебный анабиоз.
Сознание медленно возвращалось, глаза плохо слушались, и, кажется, правый глаз был сильно повреждён и не функционировал. Ранее гнев не позволял мне заметить свои травмы, но теперь тело ныло, и малейшее движение отдавалось болью во всем теле. Рядом раздался тяжёлый вздох, полный грусти, раздражения и лёгкого привкуса безысходности и отчаяния.
— Даже не думай напрягаться и забудь пока о любых проявлениях псионики, — сказала Варвара. — Ты перенапряглась, твоя нервная система настолько сильно пострадала, что я боялась худшего. Большинство матерей не выжили бы на твоём месте. Если проигнорируешь мои предписания, я снова введу тебя в анабиоз. И не надо на меня строго смотреть, я в своём праве, ты знаешь правила Зеруса и нашего социума.
Вокруг моего тела биологи сооружали кокон, который, вероятнее позже зальют лечебной слизью. Варвара всё ворчала себе под нос о неугомонной Матери. Странно, такое ощущение, что она пыталась сдержать пси-поток, не облекая свои слова в форму.
— Говорю же тебе, нельзя, — продолжала она. — Сильные повреждения. Я тебя разбудила, чтобы ты не сопротивлялась анабиозу, тогда твоё лечение пройдёт быстрее. Мы пока в безопасности, о потерях и всём остальном поговорим позже. Главное, что сейчас мы в безопасности. Пара когтей, которые сначала нашли временное укрытие, теперь, кажется, нашла место, где мы сможем укрыться и зализать твои и наши раны. А там уж дальше будем думать, что делать. Расслабься и спи, Роза, неугомонная егоза ты моя.
