Агония девушки продолжалась ещё какое-то время, пока Госпожа морей, не отводя взгляд, прожигала её насквозь. Таковым было стандартное наказание за непослушание среди отряда Полумесяц. Браслет, который покоился на левой руке у каждого подчинённого Госпожи морей, был одним из способов контроля этого неуравновешенного шабаша. Простым людям он причинял жуткую физическую боль, магам перекрывал магический канал, из-за чего и те, и другие начинали биться в агонии.
— Скажите честно, вас послали ко мне за мои грехи? — с полной серьёзностью спросила Миракал у своих подчинённых. Разжав кулаки и оставив на ладонях следы от ногтей, она наконец-то отвела взгляд от Хелены, и та смогла вздохнуть с облегчением. Если бы Миракал продолжила сжимать кулак, тем самым активируя действие браслета, ещё пару секунд, девчонка бы точно собственноручно вскрыла себе вены, чтобы хоть как-то облегчить боль от этого наказания. — Напомни-ка мне правило, которое ты, я надеюсь, наконец-то усвоила.
— Никогда нельзя причинять вред кому-либо из отряда. — Почти шёпотом и слегка кряхтя, ответила девушка, пока брат помогал ей подняться на ноги. — И даже шуточная попытка будет караться также как нанесённый вред — в полном объёме.
— Это всё? — Миракал подняла левую бровь, намекая на продолжение. — Тебя стоит заставить переписывать наш устав в двадцать седьмой раз?
— Нет, госпожа. Я всё помню. В последнем предложении данного положения говорится о том, что вред члену отряда может быть нанесён, но только при одном условии — если это будет вашим приказом.
— Будь добра, больше не совершай столь глупых оплошностей, — она вновь уставилась на горизонт, чтобы оценить обстановку. — Отряхнись, накинь плащ и подготовься. В каюте есть всё необходимое. Через пару минут мы отправимся на берег.
— Кто будет сопровождать нас на этот раз? — аккуратно поинтересовался Стефан, пытаясь предугадать всевозможные варианты исхода событий, когда сестра, прихрамывая, отправилась в сторону помещений.
— Никто. — Сухо ответила главнокомандующая. Стефан лишь поклонился и вновь растворился в воздухе. — В этот раз нам нельзя привлекать внимание.
— У вас это никогда не получается, — ответил знакомый голос из-за спины девушки, после чего натянул той на голову капюшон, скрывая её белоснежные волосы. — Думаю, и в этот раз вы разнесёте половину Сапфиры, госпожа Лорин.
— Только твоих нравоучений мне и не хватало, Лукас, — отмахнулась девушка, повернувшись к мужчине лицом. — Я вроде бы оставила на тебя нашу гостью.
— Ваша гостья здесь, — невозмутимо ответила принцесса, обходя представителя клана Валеас. — И как только мы сойдём на земли Катриары, я тут же отправлю письма господину Валиасу и отцу, где расскажу о столь наглом поступке с вашей стороны.
— Да пожалуйста, — усмехнулась Миракал, скрестив руки на груди. — Хочу увидеть выражение лица Клауда, когда он будет читать твоё письмо. Поверь мне, гном переросток, это один из самых миловидных моих поступков. Дальше — будет хуже.
— Ты не в том положении, чтобы меня запугивать. Я твоя будущая королева!
— Ишь какая, выползла змея из болота. Напомню тебе, милочка. Твой вес на территории моего государства не имеет ровным счётом ничего. Если я сейчас прикажу Стефану скинуть тебя за борт, поверь мне, твои кости даже искать никто не станет. Ты будущая королева — ну, отлично, сиди на стуле, с брильянтами на башке и поддакивай его высочеству. Я же, как была главнокомандующей, так ей и останусь. Ты связалась не с той барракудой, принцесса. Я одна из трёх самых влиятельных фигур на шахматной доске Катриары. И пусть я просто ненавижу упоминать свои королевские титулы и регалии, чтобы тем самым напомнить человеку где его место, но в этот раз я это сделаю. Заруби себе на носу, перед тобой стоит последняя из клана Лорин. Мой клан — это прямые потомки Древних. Будь добра, склони голову и благодари моих предков за то, что ты вообще появилась на этом свете. Надеюсь теперь в твоей позолоченной головушке всё встало на свои места.
Перед ней стояла воительница. Пусть в них и текла общая кровь, но белокурая девушка была намного сильнее принцессы Тартарии. Будь та на её месте, она бы обязательно ответила Госпоже морей, но поскольку Амантея была лишь человеком, с не самыми, как говорил её отец, выдающимися способностями, она лишь смущённо отвела взгляд и промолчала.
