— Так вот от кого пар валит во все стороны, — Хелена резво открыла дверь из отсека с каютами и прошмыгнула на палубу. Совершенно позабыв о боли, она уже вновь носилась по кораблю, наслаждаясь холодными ветрами, что доносили запах морских вод и соли. Сейчас девушку было не узнать. Вместо чёрного костюма, на ней красовалась шёлковое красное платье на тонких лямках, явно неподходящее по погоде. На руках — кружевные перчатки до локтя, поверх которых надеты золотые кандалы, украшенные разноцветными камнями. На шее такой же золотой ошейник, цепь от которого крепилась на браслетах на руках. Волосы, цвета золотой пшеницы, были распушены, а среди общей копны выделялись тонкие косы, украшенные золотыми кольцами и колокольчиками. Босые ноги, которые виднелись из-под подола платья, разлетающегося во все стороны, явно начинали обмерзать и синеть, однако девушка не имела права подать даже виду, что испытывает какой-то дискомфорт. — Стефан, что тут приключилось пока меня не было?
— Мне то покуда знать, — парень пожал плечами, пока его тело принимало знакомые очертания. Теперь в руках у юноши находился посох из чёрного дерева, на котором были вырезаны различные узоры и символы. А на самом конце оружия находилось остриё из чёрного камня, привязанное к основному стволу алой лентой с серебристыми бубенцами по краям. — Всё готово, госпожа.
— Ветра переменились, не к добру это. — Сказала Ария, спустившись со второй палубы корабля. Подойдя поближе к представителям королевского двора Катриары, она нежно дотронулась до плеча своей воспитанницы. — Будь осторожна, моя маленькая корриган.
— Будь уверена, мы вернёмся вчетвером.
— Тебе нельзя верить, — вмешался в их разговор Валеас. — Ты всегда поступаешь по-своему. Может быть в этот раз ты тоже сбежишь, поджав хвост?
— Лукас! — одёрнул того Франко, но мужчина лишь отмахнулся. — Она ведь уже не ребёнок.
— Это ничего не меняет. Она однажды уже предала нас. Так кто же сказал, что не предаст вновь? После такого давние друзья становятся врагами, миры рушатся, а люди гибнут. И всё это — из-за одного крошечного предательства.
— Не тебе припоминать мне о содеянном, — Миракал показательно зевнула, показывая насколько наскучил ей этот разговор, но резко опомнилась и продолжила: — Те, кто проходят через стирание без королевского на то указа, тоже считаются изменниками и предателями. Это вам так, к сведенью, господин Валеас.
— Извините, что прерываю вашу дилемму, но мне кажется у нас проблемы, — Амантея подбежала к перилам и указала в сторону причала, на котором расположились, внушительного вида мужчины, настроенные не самым дружелюбным образом. — Помяните моё слово, если отец узнает, что меня тут убили, он изничтожит и эти острова, и ваше никчёмное королевство!
— Не переживайте, ваше высочество, — шепнула ей на ухо Ария, которая, благодаря своей магии, беззвучно подобралась к ней со спины. — Вы, господин Валеас, и я останемся на корабле вместе с остальной командой. Вам не придётся марать подол вашего драгоценного платья.
— А знак-то действительно дурной, — Миракал поочерёдно посмотрела на своих подчинённых, на что те кивнули. — Франко, спустись с нами на пристань, но не выходи дальше портовой улицы. Если что-то случится, пулей возвращайся на корабль. Я несу ответственность за твою голову перед Кальях Варе.
— Я не ребёнок! Прекратите вечно брать за меня ответственность, — возмутился Франко, положив руку на эфес меча, что висел у него на бедре. — Со мной всё будет хорошо.
— С тобой то может и да, а вот со мной, после твоих необдуманных поступков, не факт. Кальях Варе мне голову отгрызёт. Поэтому будь добр, дружище. Прикрывай мою спину и не лезь на рожон. Хелена, — напарницы переглянулись и одновременно кивнули. — Ты всё знаешь. Принеси мне что-то действительно важное. Стефан, следи за сестрой. Я отправляюсь в «Полночь», встретимся уже там.
— Наше божественное дитятко была права, — Хелена тоже указала в сторону пристани. — Они явно не очень-то рады нас видеть.
— Они просто не очень жалуют королевские корабли, — ответила Миракал, когда «Тель-Марис» причалил в порт и команда начала опускать трап. — Сейчас мы всё решим.
— Что вы тут забыли? — крикнул с берега седой мужчина. По меркам королевств этот мужичок уже давно должен был бросить все дела и покоится в кресле качалке, доживая свои года. Он не был подтянутым, но и заплывшим жиром его тоже назвать было нельзя. Когда-то могучие плечи уже тянули его к земле, спина была сгорблена, а на правом глазу красовался шрам, по-видимому лишивший его глазного яблока. Щетину на щеках можно было обозвать лёгкой бородкой, а запах от одежды, пронизанной насквозь порохом, бухлом и мочой здешних мест, разил во все стороны. — К нашим берегам государственные корабли могут причалить лишь по особому приглашению. И ваша посудина в числе приглашённых не числится. Так что проваливайте отсюда, черти морские, пока я не отправил всех вас на виселицу!
