Хелена, несмотря на заплывающий глаз, тоже выглядела неплохо. В белом её можно было увидеть чаще, чем брата, особенно когда она убегала из очередной койки, закутанная в простыню. Однако парадный вид был редким удовольствием. Плотно застёгнутые пуговицы, не оголённая грудь, пояс, с которого свисали серебристые цепочки, тонкая рапира на бедре — совершенно несвойственное ей оружие, и герб на груди. И если Стефану было вполне комфортно в своём наряде, который предполагал наличие штанов, то Хелену явно мучил тот факт, что её форма — это скорее платье, совершенно непригодное для полевых условий. Так выглядел парадный вариант военной формы, который надевали девушки на праздники и важные события. Ария, как видите, такой не носила, у неё были свои привилегии. Под основной юбкой униформы скрывались плотные белые штаны по колено, что позволяло девушкам даже в таком виде ездить на лошади. Хотя, осознавая особенности женской физиологии, белый цвет был ошибкой. Само платье заканчивалось чуть выше колена, а под коленом уже начинались высокие белые гольфы. Обувь тоже была наказанием. Туфли на невысоком каблуке, совершенно неудобного фасона. В обычное время Хелена бы подобное никогда не надела, но сегодня не решилась расстраивать Госпожу морей. Она и так натворила достаточно.
Шизуко тоже была облачена в военное платье. Единственное, что ей дозволялось оставить — это маску на лице, которую та предусмотрительно сменила на белую, пусть и не была особо этому рада. Если бы она появилась на улице без неё, то пришлось бы скрыть добрую половину лица волосами, что вызывало ещё больше вопросов. Ей достаточно и того, что все таращились на неё и разглядывали левый глаз, имевший в себе дефект. Девушка никогда не повреждала его, таким он был с самого рождения. Подарок от кого-то из предков — змеиный зрачок, словно у животного. Может она и сама была животным в прямом смысле этого слова и потому судьба сыграла с ней такую злую шутку? В приюте эта особенность сделала её изгоем. Там же её чуть не лишили этой ошибки природы, но сейчас… Никто из отряда не смотрел на неё, как на прокажённую. Пусть другие и продолжали пялиться, но были те — кто принимал её, и ей этого хватало.
Миракал же немного отличалась от всех присутствующих. Она никогда не носила цвета своего клана. Алый китель из года в год пылился в шкафу и не привлекал к себе особого внимания. Она не отрицала своей сущности, но и не стремилась кричать об этом. Для неё эти традиции и обычаи особо ничего не значили. Клан Лорин давно ушёл в небытие, а она лишь последняя крупица от, когда-то величественного, наследия империи и Катриары. Скоро и той не станет. Интересно, они тогда вообще уберут вишню со своей груди? Сотрут все воспоминания о прошлом, вступив в светлое будущее, выкованное последней из клана Лорин? Будет смешно конечно. Когда она отправится в обитель к своей матери и богине вод, если та её конечно примет под своё крыло, а не пустит по реке смертных, то обязательно задаст ей этот вопрос. Неужто её так просто забудут в этом мире?
Тёплый ветер игрался с её белоснежными волосами и маской на лице. Она была длинной и сейчас поверх был надет каркас из жемчуга, что свисал ниже груди. И пусть в камзоле было не видно её изъянов, но так было спокойней. Платье она тоже не надела, как вы понимаете. Несмотря на все правила, её цвет — синий. Благородный и яркий. Такой же, как и у всех Валеасов. Часто она надевала лазурные цвета и ещё чаще появлялась в небесно-голубых одеждах. Сейчас же — это протест против всех. Она позволяла себе не зацикливаться на всех этих глупых устоях.
Под осуждающие взгляды Арии, Миракал накинула плащ на плечи и мир замер. Сила, что бурлила в её организме пропитала ткань и за спиной образовалось настоящее море, с белыми волнами и глубинными буранами. Эта вещица не только усиливала силы носителя, но и раскрывала его стихию, буквально становясь ей.
В голове у Миракал всплывали странные картины, от чего сдавило виски, и она недовольно потёрла голову.
— Я предупреждала тебя! — напомнила Ария. — Эта вещь тебя погубит! Так же как и всех тех, кто надевал её до тебя и чьи воспоминания она может тебе показать!
Там были войны. Многие из них пали в бою. Были там и благородные дамы, что носили столь сильную вещь как украшение. Но всё это было не тем. Мантия хранила воспоминания тех, кто носил её уже после кавалькады и Древних. Когда Миракал гонялась за этой вещью, она мечтала увидеть воспоминания нескольких лиц. Она хотела прикоснуться к истории Древних, увидев, что погубило Дуллана. Но основная её цель — увидеть мать такой, какой она была на самом деле.
