Он свою нареченную ждет,
Обреченную ждет…»[1]
Маги Катриары всегда были народом диким и необузданным. В отличие от аристократов королевства, они не придерживались правил и манер. Их торжества всегда заканчивались драками и уничтожением увеселительных домов. Они праздновали на всю катушку, заставляя Шифель и другие города задыхаться в магической силе. Коронация принцессы Тартарии не стала исключением. После пышного бала, когда часы подбирались к полночи, мир услышал звуки барабанов и голоса нимф и бардов.
✵❂☪❂✵
— Леди Амантея, — Клауд нежно коснулся её руки, когда из тронного зала наконец-то ушла последняя пара. — Как себя чувствуешь?
— Будто бы отстояла десятичасовую службу, — тяжело ответила та, помахивая на лицо веером, который ей принесла одна из служанок.
— Зачем же ты стояла десять часов в храме? — Клауд не совсем понял девушку, поскольку обычно в храме перед Богами он проводил не больше часа. — Тартария теперь заставляет наследниц престола отдавать себя в жертву Богу?
— Нет, конечно, — Амантея не знала, стоит ли погружать короля в особенности веры её страны, но вспоминая слова отца о её миссии в роли королевы Катриары, она развязала язык. Тем более, это была единственная тема разговора, которую она могла поддержать, не выглядя глупо.
— В Тартарии есть несколько видов служб. Стандартная — примерно четыре часа.
— Четыре часа? — удивился король, слегка приподняв бровь.
— Да, Ваше Сиятельство. Четыре часа. Церемониальная служба длится около семи часов. А вот греховная, так называемая «служба освобождения», длится примерно десять часов.
— Правильно ли я тебя понял — ты была частью этой последней службы? — Амантея кивнула, слегка пряча глаза. Она всё ещё боялась смотреть Клауду в лицо. — И в чём же твой грех, солнце империи?
— Об этом обычно не говорят кому попало, господин Валеас.
— Огорчу тебя, но пару часов назад я стал твоим мужем. Я теперь чуть важнее, чем кто попало.
Клауду всё больше нравилась эта девчонка. Со стороны Амантея хотела казаться правильной. Она следовала правилам, старалась подражать всем королевским особам и не особо выделяться. Только вот внутри неё жил маленький ребёнок, что пытался выбраться из строгой оболочки взрослого, чтобы покорить этот мир. И ныне главной задачей короля стало стремление показать этому созданию верный путь.
— Я никому не расскажу, Тея, — сказал он ей, вновь касаясь её руки.
— Я солгала отцу, — сухо ответила Амантея, ожидая осуждения со стороны короля. — Ничего не скажете на это?
— Все мы лжём, — он лишь пожал плечами и помог девушке встать с трона, чтобы покинуть тронный зал. — Это не стоило десяти часов в пыльной церкви в окружении иных провинившихся.
— Там не было никого кроме меня, — с пустым взглядом ответила она. — Мне запрещено видеться с кем-то из подданных без сопровождения охраны.
— Жестокие у вас порядки, солнце империи.
— Почему вы меня так называете?
— А что такого? В твоей стране тебя величают также.
— В моей стране меня звали солнцем Тартарии. Империя канула в века. У нас нет права на такие выражения.
— Раньше ты сияла для одного королевства, а теперь для двух. Так почему бы не величать тебя солнцем империи? Поверь мне, я знаю девушку, что восстановит Амариллис и поведёт народ двух королевств за собой, — он загадочно посмотрел на Амантею, вглядываясь в её глаза. — И вы с ней многим похожи.
— Мы не похожи, — отрезала Амантея.
— Однажды вам придётся поговорить. И тогда ты поймёшь, она — это ты, но только если бы пошла той дорогой, что проложил тебе отец.
— О чём это вы, господин Валеас?
— О том, что ты уже выбрала другой путь, солнце империи. А она идёт по тому, что ей напророчили задолго до рождения. Но стоит вам объединиться… Миракал не такая суровая, какой кажется. У неё доброе сердце. Ты просто пока плохо её знаешь.
— Если она идёт по пути начертанному ей звёздами, то в ней нет ничего хорошего.
— Думаю сегодняшний вечер немного изменит твоё представление о ней, — Клауд усмехнулся, поворачивая на боковую лестницу в замке, что вела к конюшням. — Только не бойся. И доверься мне.
— Куда мы отправляемся, господин Валеас? — Амантея с какой-то опаской приняла протянутую руку, следуя за мужчиной по лестнице.
— Прошу, зови меня по имени, — не оборачиваясь ответил тот. — Не хочу в постели слышать от тебя мои титулы и формальные обращения.
— Что простите?! — принцесса чуть ли не подавилась от услышанного. Щёки её сделались пунцовыми, а ладошки начали потеть.
— Ничего-ничего, Тея. Мы держим путь на празднество магов королевства, где соберутся представители всех четырёх Домов. Вообще, посещение этого мероприятия не входит в список королевских обязанностей, но я слишком люблю их пиршества. На них ты будто оказываешься в сказке. Ты ведь не против? Когда я попадаю на такие торжества, сразу становлюсь маленьким мальчишкой с горящими глазами. Так что прошу, не лишай меня этого удовольствия.
— Разве королям это свойственно?
