Я смотрю на них. Самец как раз спаривается с самкой. Он до крови кусает ее за шею, придавливает голову к полу и вцепляется когтями в зад. Бедняжка визжит от боли, но самца это, кажется, только еще больше возбуждает.
Любовная история у крыс? Вряд ли это реалистично…
Пять. Шесть. Семь. Вот и десять, первый тур за мной. Я прикончил всех вражеских солдат, которые появились у меня в поле зрения. Полдень. Небо белое. Деревня дымится, и мухи слетаются на еще теплое мясо бойцов.
Враги мертвы, но и друзья тоже. Ни одного из наших не видно. Я рычу по-волчьи. Никакого ответа. Думаю, мне повезло. Наверное, есть кто-то там, наверху, на небе, кто меня защищает. Конечно, я быстрый, но все-таки я много раз чудом избежал того, чтобы наступить на мину или получить шальную пулю.
Да, наверняка у меня есть ангел-хранитель. Святой Игорь, спасибо.
Я знаю, что меня отправят в лагерь и определят в новое подразделение «волков», мы снова будем выполнять миссии, похожие на эту. Воевать – это единственное, что я могу хорошо делать. Каждому свое. Я снова надеваю наушники и включаю «Ночь на Лысой горе».
Вдруг я слышу волчье рычание. Неужели настоящий волк?
Нет, это Станислас. Он прав, у него тоже должен быть ангел-хранитель.
Снова 5 баллов из 10. Все решит голос последнего члена жюри, боксера.
– 10 из 10, – объявляет он.
Возможно ли это? Я не ослышалась?
Мой средний балл сразу подскакивает. Теперь у меня лучший показатель. Я на седьмом небе от радости, потом беру себя в руки. Еще не все девушки получили оценку. Меня могут обогнать.
Как в тумане, слышу оценки других девушек. Впереди, я по-прежнему впереди. Ну вот, все прошли. Никто не получил больше меня.
Я стала… я стала… Мисс Вселенная.
Я целую членов жюри. Меня снимают телекамеры. Вся страна смотрит на меня. Мне протягивают бутылку шампанского и я поливаю всех пенной струей под вспышки фотокамер.
Я победила!
Я говорю в микрофон:
– Особенно я хочу поблагодарить мою маму, без которой я бы никогда не набралась смелости вступить на этот длинный путь к… совершенству.
В тот момент, когда я это говорю, я чувствую, что именно эти слова должны нравиться публике и телезрителям. Но, между нами говоря, если есть кто-то, кому я должна сказать спасибо, то это только самой себе.
Мои бывшие соперницы выходят на сцену поздравить меня. В зале мама плачет от радости, а Эстебан посылает воздушные поцелуи.
Потом начинается. Интервью, поздравления, фотографии. Я в зените.
Затем, на улице, люди узнают меня и просят автограф.
Совершенно обессиленная, я возвращаюсь в отель с Эстебаном, который любезен как никогда.
Я победила!
Я проиграл. Поражение по полной программе. Никто не хочет опубликовать моих «Крыс».
«Писатель – это не профессия, – говорит отец по телефону. – Спрашиваешь, знаю ли я! Я владелец книжного магазина, и я вижу, что продаются книги только уже знаменитых людей. Сперва стань знаменитым, а потом пиши свою книгу. Ты неверно подошел к решению проблемы».
Только Мона Лиза осталась рядом со мной в этом враждебном окружении. Она чувствует, что я обессилен, и начинает сомневаться в моей способности обеспечивать ее каждый день паштетом и сухим кормом.
Я ложусь спать. На следующий день начинаю работать в ресторане, потом перечитываю рукопись.
Крысы в клетке, кажется, смеются надо мной. Они меня раздражают. За кого они себя принимают? В конце концов, это просто крысы. Я спускаю их в канализацию. Пускай выкручиваются, как могут.
Мона Лиза одобряет меня довольным мурлыканием.
Я сажусь за компьютер. Нет больше волшебства. Нет ни малейшей надежды. У меня никогда ничего не получится. Плюнуть на все.
