— Резонно, — кивнул Роланд. — Этот вопрос я должен был обсуждать с вашим правительством, но, поскольку вы — единственный представитель тельвенского военного командования, с кем мне удалось связаться, я не нарушу приказ Императрицы, передав ее предложение вам. Астрена не претендует на независимость Тельвена, если это вас беспокоит. В прошлом Тельвен был частью Астренской Империи, но Императрица Дамира решила пересмотреть статус вашей родины, командор. Взамен на помощь в борьбе с Вольным Флотом Тельвенская система сохранит суверенитет и останется независимой республикой со всеми подобающими правами.
— Под имперским протекторатом, разумеется, — сказал Тирс.
— Разумеется. Вы не хуже меня понимаете: без нашей поддержки Тельвену не выстоять. Такова реальность. Но у вас останется право на самоуправление, право собирать торговые налоги с метапространственных трасс, проходящих через Тельвенскую систему, и даже право иметь собственные военно-космические силы. Конечно, новый статус Тельвенской системы еще предстоит обсуждать с вашим центральным правительством. Мы с вами не политики, а военные, Тирс. Оставим бюрократию дипломатам, а наша цель — вышвырнуть Вольный Флот обратно на Стивею.
— Благодарю, что напомнили мне о моей задаче, контр-адмирал, — хмуро произнес Рэймин Тирс. — Я хорошо представляю, в каком положении сейчас находится Тельвен. Но чем я могу вам помочь? Под моим командованием всего несколько кораблей. Едва ли они хоть что-то добавят к военной мощи Преторианского Флота.
— Зато вы как никто другой знаете тайные пути к Тельвенской системе. С вашей помощью мы застанем пиратов врасплох. Кроме того, как я сказал, Империя желает заключить с тельвенцами союз, а не подчинить их. С этой точки зрения, участие Сил Обороны в освобождении родной планеты будет иметь большое значение.
— Мне следовало об этом подумать, — хмыкнул командор. — Ну, что ж… Мы принимаем ваше предложение, контр-адмирал Корвин.
«Еще бы, проклятье! — подумал Роланд. Если у тельвенцев есть лишь один выбор: между Астреной и Стивеей — фактически, никакого выбора и нет. Ты подчинился бы, командор, чего бы мы от тебя ни потребовали взамен. На мой взгляд, Дамира решила обойтись с тельвенцами слишком мягко, — он усмехнулся. — Все-таки она больше склонна к сентиментальности, чем хочет показать».
— Итак, когда мы выступаем? — осведомился Тирс. — Если мне разрешено задавать такие вопросы.
— В данный момент я не могу ответить, командор. Но я предлагаю вашему отряду присоединиться к моему флоту. Тогда мы обсудим все подробности предстоящей операции.
Тельвенец слабо улыбнулся, давая понять, что оценил деликатность собеседника. В устах имперского контр-адмирала любое предложение для него отныне означало приказ, и Рэймин Тирс это понимал.
— Еще одно, контр-адмирал Корвин, — вперед выступил другой человек, на которого Роланд прежде обратил внимание. Это был поджарый брюнет с сухим, узким лицом.
— Возможно, вы знаете меня под именем «Лучник», господин контр-адмирал, — представился он. — Прежде я, хм, выполнял деликатные поручения особого рода на Стивее.
— Ах, да. Я наслышан о вас. Рад встрече, — сказал Роланд. — Чем могу быть полезен?
— Я бы хотел перейти на ваш корабль, — ответил агент. — У меня есть кое-какие сведения, которые могут вам пригодиться в предстоящем деле.
— Что ж, не вижу препятствий. Я отправлю за вами катер. Командор Тирс, вы также можете присоединиться к нам на борту «Венатора». Тем временем «Сагита» доставит указания вашим подчиненным.
Рэймин пожал плечами.
— Как пожелаете, контр-адмирал. Я и моя эскадра всецело в вашем распоряжении.
— Терона! — позвал Айдар Зерран. Ответа не получил и повторил снова. — Терона, как слышишь? Отвечай, проклятье!
После нескольких секунд напряженного ожидания в браслете затрещало, и женский голос сдавленно откликнулся:
— Я здесь, Зерран.
— Что случилось? Возникли проблемы?
— Нет, — женщина говорила неестественно быстро, слегка сбивчиво, проглатывая окончания слов. — Никаких проблем. Просто удобный момент представился не сразу. Теперь все сделано.
— Хорошо. Тогда впусти нас.
— Да… — спохватилась Терона. — Открываю дверь. Можете входить.
Массивные металлические створки разошлись в стороны плавно и почти беззвучно. За ними находился просторный зал, залитый неярким светом. Многочисленные экраны и объемные схемы мерцали в воздухе. Вдоль стен протянулись приборные панели, расцвеченные огоньками индикаторов. Из главного командного пункта велось наблюдение за всей Централью, и отсюда же, при необходимости, можно было управлять гигантской космической станцией.
Зерран первым переступил порог. Немногочисленный отряд последовал за капитаном. Люди нервно озирались, двигались резкими, дергаными движениями. Кое-кто вытащил иглопистолеты. Все были явно на взводе, и Зерран не мог их за это осуждать, но спокойствие командира помогало остальным держаться.
