— Если это его тупая очередная шутка, то я его приколочу. — Услышал я голос Риты.
— Максим… — Девушка была уже красная, как рак, посыпанный паприкой. — Я… Я… не верю…
— ЮЛЯ, ВЫХОДИ ЗА МЕНЯ! — Закричал я.
— ЧЕГО⁈ — Послышались крики с разных сторон.
— Я не найду никого и никогда лучше тебя! Ты самая прекрасная женщина, ты самая милая, самая нежная и ты… бля, всё, я кончил, представление окончено. — Я показательно вытер руку о броню.
— ЭТО БЫЛА ТВОЯ ТУПАЯ ШУТКА⁈ — Заорала, как сама не своя, на меня жрица.
— Да не, я просто извергнул семя, и теперь меня возбудят только покрышки камаза. А ты со своими мелкими сиськами можешь идти к сверчкам, чтоб тебя в напёрсток подоили…
— Да уж… — Девушка как-то разочарованно вздохнула и отвернулась.
— Макс, даже для тебя это слишком… — Герарт толкнул меня в бок и подбежал к Юльке.
— Я не понял? Она что, плачет? — У меня упало сердце.
«Блять, что я натворил?»
— А ты как думаешь, придурок? — Злобно спросила Рита.
— Ну, просто… Юлька решила меня подколоть, а я решил подколоть её и…
— И слишком переборщил со своими подколами! — Заметил Карл.
— Ну, ладно тебе, Юль, ну, ты же знаешь, какой у нас мудила командир пати. — Герарт приобнял девушку, которая стояла ко мне спиной.
«Да уж, что-то я совсем загнался со своим пиздежом» — Промелькнула мысль.
— Юль. — Проговорил серьёзно я. — Я реально переборщил. Не знаю, что на меня нашло.
— Лучше заткнись…
— Юлка… Блять, ну, я мудак. Хочешь — побей меня. Только не тут. Давай встретимся, и ты меня побьёшь, как следует! — Не унимался я.
— С тобой я больше никогда не встречусь! — Хныкнула жрица, пока Герарт её гладил по спине.
— Пиздец… Я в этом новому году только и делаю, что лажаю. Юля, я тебя умоляю, пожалуйста, хотя бы ты не бросай меня! — Я сделал пару уверенных шагов к девушке, обошёл её и встал так, чтобы она меня видела. — Я, блять, полный мудак. Хуй с ней с Алёной. Но тебя терять я не могу. Ты самый замечательный друг, который у меня когда-либо был.
— Проехали… — Девушка протёрла лицо.
— Нет, блять, не проехали! Сука! Всё, встаю на колени теперь по настоящему. — Я упал перед жрицей и выставил руки в молебном жесте. — Прости меня. Скажи, как искупить мою вину. Сделаю всё, что скажешь.
— Я что-нибудь придумаю. Пока прощаю, но досрочно. — Девушка слабо улыбнулась, но глаза её всё ещё блестели от слёз.
— Фух… Блять, завязываю с шутками про твои сиськи… Буду шутить про Ритины огромные. Она всё равно это, как комплемент воспринимает.
Все как-то нервно хихкинули.
— Поднимайся уже с колен, донжуан фигов. — Юля протянула мне руку.
Когда я поднялся, то мы встретились глазами. И в её глазах я прочитал что-то странное и невероятное, что-то, что никогда раньше не видел. И тогда я понял, что надо добавить что-нибудь настолько пафосное и трогательное, чтобы охуели все.
— Я готов потерять хоть сотню девушек, которые у меня будут. Но друзей я не готов терять никогда и не при каких обстоятельствах.
— Вот можешь же, когда хочешь, чёрт тебя дери! — Карл хлопнул меня по плечу. — Пати, пойдёмте все уже развеемся. У нас в открытом доступе пещеры, данжи и конечно же фирменный фарм мобов.
— Пойдёмте. — Кивнула Юля и проходя мимо, задела меня бедром. Как когда-то это сделала Виолетта. Очень любопытно.
Когда пришло время спать, то заснуть я не смог. В голове было слишком много мыслей для этого. Сперва я думал о том, как тупо появлюсь на свадьбе Полины, как могу дико налажать и опиздюлиться вообще ни за что. Потом мои мысли перешли к Юле, я вспомнил, как я сегодня довёл девушку до слёз, и хоть она меня простила, мне всё равно стало жутко неприятно.
Я повернулся, наверное, уже в сотый раз на левый бок и приоткрыл глаза. Напротив меня стоял бесхозный телевизор, из окна доносился слабый свет луны. В абсолютной мертвецкой тишине я слышал стук своего сердца, и сейчас оно бешено колотилось из-за всех этих мыслей. Нужно было их все отбросить и просто расслабиться, но у меня не получалось.
Я и сам не заметил, как начал вспоминать школу.
Первый класс. Первое сентября.
Наша классная учительница Валерия Павловна рассаживает нас по партам. Я мечтаю сесть с Лёхой, и даже громко прошу об этом, но учительница игнорирует эту просьбу и садит меня со светловолосой худенькой девчушкой на первую парту.
«Фу, сидеть с девкой! Какой позор!» — Думаю в ужасе я, но повинуюсь и принимаю свою неизбежную судьбу.
Когда я сажусь с девчонкой, она делает вид, что меня не существует. Не смотрит в мою сторону, ничего не говорит. И вообще, кажется, она также недовольна, как и я.
Второй класс. Декабрь.
Нас впервые начинают пересаживать.
— Можно меня с Капустиным? Пожалуйста! — Умоляю я Валерию Павловну.
За целый год мы с Полиной не обмолвились и словом, поэтому мне очень скучно с ней сидеть. Девка решает примеры, она пишет красивым почерком на русском и великолепно отвечает на истории. Но со мной она не разговаривает, хотя я предпринимал несколько попыток что-нибудь у неё спросить. Не надо мне такого соседа, я хочу с Лёшкой!
