Поворачиваюсь. Рядом с нами внезапно возникли четыре мощных воина. Все в железе. И как им не жарко? Молодой парнишка с графскими знаками отличия в одежде и крепыш лет сорока — маг, как я вижу, двенадцатого ранга. Хм, рано они пришли, через час только у них заказано.
— Через час с хвостиком ваше время, пока столик занят, — повторил мои мысли вслух тот же распорядитель зала.
Прислуживают здесь только девушки, и я прикидываю — можно ли понравившуюся на ночь взять? А этот кочевник сейчас главный среди персонала.
— Ты что, болван⁈ Перечить мне вздумал⁈ Гордон, врежь ему, — кричит тонким противным голосом сопляк-граф своему рыцарю.
Бам-с! От удара одного из рыцарей кочевник падает на колени Ригарду.
Попытался упасть. Ригард, разумеется, не дал этого сделать, отпихнув, но и смягчив при этом падение распорядителя.
Встаю во весь рост и обращаюсь, спокойно пока, к новым гостям, глядя на пацана-графа:
— В чём дело? Ты забыл, что во время войны конфликты запрещены? Ты напал на сотника гвардии императора Хоста.
— Убирайся, и останешься цел, — хамит пацан, — а сотника твоего никто не трогал, на него этот кривоногий упал, он и виноват.
Беру кувшин со стола, и, усилив бросок магией, с силой швыряю его парнишке в рожу. Тот, очевидно, носит защитный артефакт и в результате лишь пошатнулся от не до конца погашенной инерции удара, но вино, выплеснувшееся из кувшина, обрызгало его.
— Это не я, это кувшин виноват, — спокойно говорю я, глядя на четыре меча около моего лица. А ещё как-то спутник графа, маг, напрягся.
Но мои люди уже на ногах, и мечи достали быстрее рыцарей графа.
— Зорий, прекрати конфликт, — громко говорит мокрому и злому пареньку маг и добавляет в мою сторону: — Граф, мы уходим на час.
— Нет, не ухОдите! Вы напали на меня, и я имею право на защиту, эдикт императора мне не запрещает, — качаю головой я.
— Убить его! — кричит граф и падает от удара крепыша-мага.
Рыцари даже не дернулись.
— Не обращайте внимания, он выпил, да и вообще, идиот сам по себе. Позвольте представиться, Бортус, придворный маг короля Вестании, а этот граф, к нашему несчастью, навязан королём. У нас небольшое королевство — три графства всего, этот среди всех троих самый молодой, и самый тупой. Парня не жалко, вот и отправил его король на войну.
— Как вы с таким придурком так далеко уехали? — удивился я. — Его же давно уже должны были прикончить за такие манеры.
— Верите-нет, сам удивляюсь, причем это я командир войска, а он — мой подчиненный, а всё равно гонор показывает. Вот такой вассал у нашего короля, — искренне жалуется маг.
— Он там жив? — озадаченно смотрю на лежащего паренька, ибо тот не шевелится.
— Парализован, но скоро отойдёт, не в первый раз уже так конфликты улаживаю. Ой, припомнит он мне это, а что делать? Жить-то надо, — вздыхает маг.
— Хм, могу тебя к себе взять, — раздумываю я.
— Да шучу я. Король — мой старший брат, ничего Зорий этот мне не сделает, — отказывается маг. — Так, теперь насчет компенсации вам. Есть предложение — вы требуете у графа его спутницу. Она его рабыня, но капризничает так, что сил нет терпеть — убить охота. И Зорием крутит как хочет. Мы из-за неё плетёмся еле-еле, и, боюсь, вместо двух-трех дней ещё неделю до побережья добираться будем.
— Мне лучше деньгами или артефактами, — отказываюсь от такой чести я.
— Да вы послушайте! Рабыню эту можно в местный гарем продать, она из Торока, очень красивая и необычная женщина. Торок, если вы не знаете, такое королевство… — начинает убеждать меня маг.
— Знаю, матриархат там, правит королева Ханитра, — перебиваю его я.
— Какой образованный человек, — хвалит меня маг. — Так вот, она была капитаном искателя, её эскадру Теократия год назад наняла для набегов на наше побережье. Но маги сожгли судно, а девочку спасли только артефакты.
«Придётся соглашаться на такую компенсацию», — понимаю я.
— Все её шмотки, два коня самых лучших, каких найдёте и двести золотом, — решаю поторговаться я.
— Согласен! — как-то подозрительно быстро соглашается Бортус.
Пока мы беседовали, в зале появилась стража Хана и имперский дознаватель — старик усталого вида с таким страдальческим лицом, будто его глисты мучают.
— Причинение ущерба имуществу Хана, нарушение эдикта императора о недопущении конфликтов,… — сухо перечисляет дознаватель. — Граф Зорий! Вы желаете возразить, и нам пригласить ментала?
Зорий, уже приведённый в чувство, стоит рядом, и вид имеет недовольно-испуганный. И на компенсацию он согласен, однако, не полностью:
— Келидану не отдам! Готов отдать вместо неё тысячу золотом!
— Нет, — коротко говорю я. — Он напал на моего человека — сотника императора, а значит, ответить должен своим человеком, — отказываюсь я.
— В таком случае, правом, доверенным мне императором Хостом, я постановляю…
— Передать Графу Гароду Кныш рабыню графа Зория Келидану, что там ещё… её вещи, двести золотом и двух коней. Гарод Кныш сам выберет их, — неожиданно быстро решает дознаватель. — Ах да! Пять серебрушек управляющему таверны, и три золотых — штраф в казну Хана.
