Утром ни по каким подразделениям их не направили. Проснулись среди ночи сами. Одарённый любой категории ощутил присутствие чего-то огромного, могущественного. Это ощущение быстро пропало, только вот лечь спать больше никто не смог. К утру стало понятно, что они ощущали присутствие самого Кормаля. На небосводе появились объекты, предназначение которых также было быстро определено: они блокировали телепортацию. Сообщение с другими планетами было отрезано, среди молодых офицеров царило откровенное уныние и где-то паника.
- Вы это чувствовали? Такая сила. Да нас тысячу раз могли уже раздавить как тараканов, с нами играются, сопротивление бесполезно… - особенно разошёлся Эйиуди.
- Заткнись, засранец! И это офицер, которого я воспитал? – сразу же захрипел старшина Чезарре, вновь оказавшийся вместе с группой. – Иди и застрелись! Вместо того, чтобы рвать горло зубами врагам, рвать свои жилы и думать, как можно свалить такую тварь, он бросился в панику.
- Сам заткнись, дряхлая немощь! Ты с офицером говоришь, старшина! – тут же окрысился Эйиуди, но был быстро остановлен Ромео.
- Фонс, прекращай. – Каррера был сильнейшим в группе, множество учебных спаррингов и схваток не раз это доказывали, поэтому перепалка быстро и затихла. – Старшина, а что теперь будет, я в плане, куда нас направят?
- Не переживай, Ромео, без войны ты не останешься.
К вечеру их уже перераспределили и отправили по различным частям и участкам фронта. Карреру и Эйиуди направили в четыреста двенадцатый пехотный полк. В основном, только пехота и воевала. Техниками очень легко было обнаружить летающий объект, поэтому летательные аппараты долго не жили, так же как не достигали своих целей ракеты, а садить в ту же ракету нескольких сильных одарённых с билетом в один конец было совершенно не разумно. А вот в бронированные машины с орудиями крупного калибра уже садили. Только практика показала, что такое вооружение хорошо работает до противников уровня епископа и префекта. А уже архиепископы, легаты и выше, вообще его отклоняют с минимальными усилиями и затратами энергии. Там играло роль только личное противостояние. Молодым лейтенантам выдали по взводу и нарезали задачи.
Здесь не было постоянной лини боестолкновения. Огромные серые зоны, в которых постоянно ходили взводы или отделения с целью отследить передвижения крупных вражеских сил, нацеливающихся на какой-либо важный в стратегическом плане район или узел. Наблюдение устройствами было затруднено, так как даже простые техники на большом расстоянии позволяли искажать видеосигнал и на экранах мониторов наблюдатели видели только серый туман. Вот и выходили ежедневно разведывательно-диверсионные группы, постоянно сталкивающиеся с такими же группами врага. Первый бой не заставил себя долго ждать и был очень скоротечным. Взявший командование над одним из своих отделений, Ромео натолкнулся на разведчиков Кормаля, которыми командовал тессерарий. Силы были не сопоставимы, поэтому победа была одержана легко и быстро, однако радости не было. Враг защищался отчаянно и яростно, не было никаких просьб о пощаде, только мольба, обращение к Кормалю с просьбой дать сил для того, чтобы повергнуть врага. Даже раненые, державшиеся из последних сил, всё равно старались выстрелить или использовать какую-либо технику, если были одарёнными.
Водоворот кровавого и безумного хаоса затянул Ромео и пришёл он более-менее в себя только года через два, когда психика немного адаптировалась к постоянному хождению по грани, смертям знакомых и боевых товарищей, бескомпромиссному и беспощадному убийству врагов, большая часть из которых ещё четырнадцать лет назад были добрыми соседями. В двадцать лет судьба подарила ему новые испытания. В один из дней он был вызван в штаб, где присутствовали его непосредственные командиры, командир полка, полковник Сарагат, а также его бывший однокурсник Фонс Эйиуди.
