В лесу, далеко от дороги и от чужих глаз, у костра растянулся Фелассан. Возле жарко горящего огня лежали стопкой одеяла. Бриала тотчас закуталась в них и так сидела, наслаждаясь теплом, рядом со своим наставником. Фелассан не шевелился, дыхание его было едва заметно. Тут же стоял заранее согретый для нее котелок с похлебкой, хотя дым костра до сих пор пахнул травами, которые Фелассан высыпал в огонь, чтобы с их ароматом погрузиться в мир грез.
Наконец Бриала согрелась настолько, что рискнула отведать похлебку. Фелассан открыл глаза и сел, задышал чаще, избавляясь от оков волшебного сна.
– Как все прошло?
– Мои родители отомщены, – кивнула Бриала и зачерпнула похлебку.
Ложка дрожала в ее пальцах, и Бриала, как ни силилась, не могла усмирить эту дрожь. Капли похлебки падали с ложки, и вид их напомнил Бриале кровавую лужу, уродливо расползшуюся по полу библиотеки. Она с силой зажмурилась. Все кончено. Теперь все кончено.
– Хорошо, – Фелассан усмехнулся. – Аристократы Орлея не бессмертны, как наши давние предки, но прикончить их отнюдь не легко. Молодец.
– Спасибо.
Бриала наконец поднесла ложку ко рту, откусила кусок мяса – и вдруг осознала, что умирает от голода. Она заставила себя жевать, и с каждым глотком внутри нее разливалось и крепло блаженное тепло.
– Ты уверена, что готова вернуться? – через какое-то время спросил Фелассан. – Совершенно уверена, что Селина примет тебя обратно и оставит при себе?
– Да, уверена. – Бриала вспомнила поцелуй Селины и помимо воли покраснела. – Примет и оставит.
– Тогда, ради блага эльфов, твое место – во дворце в Вал Руайо, – сказал он и украдкой огляделся по сторонам. – Даже не сомневайся в этом, да’лен.
– И все же мне жаль, что я так и не увидела долийцев. – Бриала поскребла ложкой по дну и отставила пустой котелок.
– Знаю, – улыбнулся Фелассан, – но ты нужна именно в Вал Руайо. Долийцы помогут тем, что в их силах, но им недоступно то, что дано тебе. Татуировки на лице не сделают тебя настоящим эльфом, – добавил он, видя, что она молчит. – Гордись тем, кто ты есть…
Вынырнув, Бриала жадно глотнула воздуха.
Когда она закончила отмывать от грязи руки и ноги и выполаскивать из волос запах дыма, тело ее окончательно перестало чувствовать холод. Ни о чем не думая, она привольно плавала в озере, но подняла голову, когда на лицо упали влажные брызги. Серые тучи, собравшиеся над лесом, разродились тяжелыми дождевыми каплями.
Бриала спешно развернулась и поплыла к берегу. Выбралась из воды, сбивая ноги о прибрежные камни, а дождь между тем полил пуще. Одежда, оставленная для просушки, уже промокла, и Бриала, торопливо одеваясь, дрожала от холода. Затем она натянула сапоги, но прочие части доспеха предпочла нести с собой, нежели надевать мокрыми.
Слишком долго пробыла она при дворе Селины.
