Понятно, услышав от Великого жреца, что повторение легенды возможно, Император испугался. Он приказал Верховному жрецу выдать Избранного Империи. Твой дед пошел на попятную, начав юлить и выкручиваться перед Повелителем Великого государства. Он стал оправдываться и говорить, что все придумал, но миры настолько были охвачены паникой, что твоему деду никто не поверил.
И тогда Император, не желая рисковать, принял решение уничтожить Элию со всем ее населением.
Лишь несколько кораблей сумело покинуть планету незадолго до момента ее гибели. Но далеко не всем из них удалось скрыться от гнева имперских войск, которые по сей день разыскивают элийцев по самым дальним уголкам Галактики с целью полного уничтожения расы.
Ты покинула планету, будучи младенцем, на корабле Экселенца.
Несколько месяцев он искал тебе новый дом, пока на Асурисе не столкнулся со мной, и я предложила спрятать тебя на Земле. Экселенцу моя идея понравилась.
Прилетев на планету на моем корабле, мы потратили некоторое время, подыскивая тебе подходящих приемных родителей, после чего удалились в тень, наблюдая за твоим взрослением и выжидая нужного момента, чтобы вновь войти в твою жизнь.
– По вашему рассказу получается, что вам всем должно быть больше сорока лет, но внешне вы лишь немного старше меня… – произнесла Марго.
– Мы харды, – ответил Экселенц, – наша раса очень медленно стареет. Возможно, если легенда правдива, наши предки – результат экспериментов с тех незапамятных времен.
Марго сползла с коленей Давида на диван и обхватила руками голову, готовую, казалось, взорваться от хаотично роящихся там мыслей.
В памяти восстали образы межпланетников из видения. Она чувствовала их тогда, находясь внутри золотистого кокона. В том, что они именно те Живые корабли из легенды, сомнений не было. А если это так, вывод может быть лишь один – она Избранная элийка. И, если судить по рассказу Катрин, в этом нет ничего хорошего. Рано или поздно она должна стать жестоким существом, сеющим смерть на своем пути…
Слезы навернулись на глаза Марго, которые она попыталась скрыть, направив взгляд в пол. Однако ее уловка не удалась, и Давид, спрыгнув с дивана, сел перед девушкой на корточки, оказавшись плечом к плечу с Катрин.
– Ну что ты? – ласково произнес он.
– Я чудовище, – прошептала Марго, и беззвучные рыдания захлестнули ее.
Катрин растерялась и посмотрела на Экселенца, они оба явно ожидали не такой реакции.
– Вовсе нет, – произнес Давид, он встал на одно колено перед девушкой и погладил ее по плечам и волосам.
– Ты слышал рассказ… – тело Марго еще сильнее начало содрогаться от рыданий.
Давид вернулся на диван и прижал девушку к своей груди.
– То было ранее, сейчас все иначе. Те Избранные не были подготовлены, а у тебя есть Ассасино, и я помогу тебе обрести свое истинное предназначение. Поверь, Избранность не зло, она оружие. И лишь от тебя зависит, во имя чего его применить. Поверь своему флагману, ты не будешь нести разрушения.
– Почему ты так решил? – спросила девушка сквозь слезы.
– Потому что ты очень хороший человек, и это никогда не изменится…
Марго прильнула к другу, ее слезы увлажнили его шею и ворот футболки.
– Ты уверен? – дрожащим голосом спросила она.
– Без сомнения, – твердо ответил флагман.
Томасис, хромая, отошел от двери кабинета и вернулся в гостиную.
– Ну? – спросил Севатис, попытавшись подняться, но это действие отозвалось болью во всем его теле, заставив упасть обратно на подушку.
– Она Избранная, как мы того и боялись, – прошептал Томасис, пытаясь как можно более бесшумно забраться к себе в постель. – Что будем делать? – хард посмотрел на напарника.
– Сообщим Господину. Вопрос слишком серьезный, чтобы мы сами решали, что делать дальше. А Армия? Она уже у нее есть?
– Не знаю, но, во всяком случае, к моменту вторжения Призрачных воинов мы постараемся находиться как можно дальше отсюда.
– Разумно, но только как нам сообщить Господину, ведь до нашего корабля нам еще нескоро удастся добраться?
– Я что-нибудь придумаю, – произнес Томасис, задумчиво глядя на подвесной потолок с вмонтированными в него по периметру галогеновыми лампочками.
Харды шли на поправку благодаря старательному уходу Катрин. Девушка все взвалила на свои плечи: и дом, и заботу о больных, и даже приготовление пищи.
Марго считала это несправедливым и постоянно предлагала подруге свою помощь, но та каждый раз отказывалась.
Не знавшая, чем себя занять, Марго много времени проводила с Давидом, с которым ей было легко и непринужденно. С флагманом можно было болтать на любые темы, кроме одной. Он так и не рассказал ей о своей жизни до знакомства с ней.
И как девушка ни пыталась его разговорить, флагман отшучивался или переводил разговор на другую тему.
Время от времени Марго пыталась заговорить с Севатисом. Девушке понравился этот добродушный верзила (полная противоположность мрачного и молчаливого Томасиса), но стоило ей заговорить с хардом, Катрин тут же оказывалась рядом и вынуждала подругу покинуть больного.
