– Я так скучал, прости, что оставил тебя так надолго…
Ласково проведя рукой по обшивке, Верховный зарас вошел внутрь.
Корабль был небольшим: рубка, каюта да оружейный отсек, однако обычно любящий роскошь Амонис никогда не чувствовал себя свободнее и комфортнее, чем на борту этого маленького корабля.
Войдя в рубку, он сел в самое уютное кресло на свете.
– Здравствуй, Мастер, – произнес корабль, – я знал, что ты вернешься, требовалось лишь подождать…
Верховный зарас положил руки на подлокотники и закрыл глаза, мир вокруг словно переменился, Амонис будто слился с кораблем, сейчас он чувствовал себя так, словно сам был этим таинственным межпланетником, он даже видел его «глазами»…
Проблемы отступили на задний план, все казалось гораздо проще, теперь он знал, что делать, потому что вновь стал собой, тем, кем был всегда, лишь не хотел себе признаваться…
Верховный зарас открыл глаза, но ощущение единства с кораблем не исчезло.
Он вызвал Бария на лобовой транслятор, помощник откликнулся сразу.
– Мой Господин, – Барий внимательно присмотрелся к обстановке, окружающей Амониса, – слушаю ваши приказания.
– Мне нужно к завтрашнему вечеру максимальную загрузку «огненного дождя» и «гидр», – приказал он.
– Господин? – помощник был явно обеспокоен происходящим. – Вы уверены в своем желании?
– Абсолютно.
– Слушаюсь, мой Господин.
Амонис отключил вещание, оставив помощника наедине со своими мыслями, и встал с кресла.
Он пошел в единственную маленькую каюту и, положив шкатулку на кровать, нажал на кнопку на стене.
Стена раздвинулась, и из ее недр выехала большая ванна-капсула. Верховный зарас прикоснулся к крышке, и та раздвинулась, явив на свет тягучую серебристую субстанцию, напоминающую расплавленный металл.
Улыбнувшись, Амонис снял с себя одежду и, оказавшись полностью нагим, погрузился в приятную прохладу и уснул…
Он точно знал, что отключился меньше чем на минуту, но ее хватило, чтобы набраться бодрости и сил на долгое время вперед.
Верховный зарас поднялся из ванной, которая теперь была совершенно пуста, и посмотрел на свое отражение в большом зеркале, висевшем рядом с кроватью.
Осознание, что он совершенно определенно вернул дремавшего в его душе Мастера, заставило его сердце ликовать. Он и не догадывался, насколько многого был лишен за эти годы… Теперь же Амонис с наслаждением разглядывал металл, который, полностью покрыв его тело, превратился в плотные доспехи.
Лицо скрывала маска, напоминавшая человеческое лицо, не имевшее внешнего сходства с Амонисом, а волосы покрывала пышная металлическая шевелюра.
Верховный зарас вернулся в рубку:
– Какие будут приказания, Мастер? – тут же поинтересовался корабль.
– Нам нужен Нибус, и чтобы ни одна живая душа…
– Как и всегда, Мастер, – откликнулся корабль. Наружная стена «Беспристрастного» бесшумно раздвинулась, выпуская маленький межпланетник…
Марго с Давидом, весело болтая, возвращались с вечерней прогулки. Из плавно колышущихся в воздухе динамиков доносилась тихая, убаюкивающая мелодия. В воздухе разливался аромат недавно скошенной травы, а на небе показались первые звезды.
Хохоча над очередной шуткой, друзья поднялись на террасу, где их встретил, сердито сложив руки на груди, Экселенц.
Парень смерил флагмана свирепым взглядом.
– Почему так поздно? – прошипел он.
– Ты о чем? – не поняла Марго.
– Мне не нравятся ваши постоянные уединения и вечерние прогулки!
– А-а-а, – произнес флагман, ядовито улыбнувшись харду.
– У тебя нет права разговаривать с нами таким тоном, – рассердившись, заявила девушка.
– Вообще-то, есть! – воскликнул Экселенц.
– Да ты что! – еще более ядовито улыбнувшись, заявил флагман.
– А ты вообще молчи! – набросился на него Экселенц.
– Думаешь, я не понимаю, что ты делаешь?!
– И что же я делаю? – судя по самодовольному выражению на лице Давида, разговор его забавлял.
– А мне вот интересно, о каком праве ты говоришь?
– спросила девушка.
– Мне нужно поговорить с Марго наедине, оставь нас! – потребовал хард, наступая на Ассасино.
– Ты, очевидно, позабыл наш последний разговор, – напомнил Давид, – не стоит угрожать мне.
– Убирайся в дом! – крикнул Экселенц, сжав кулаки. – Я ведь ясно сказал, что нам с Марго нужно поговорить!
На крик друга из дома, беглым взглядом оценив накаливающуюся ситуацию, выбежала Катрин.
Давид широко улыбнулся напарнице:
– Твоему приятелю, видать, опять поплохело. Кричит.
– Хватит, – крикнул хард, бросаясь на Ассасино.
Катрин тут же бросилась между ними с криком:
– Брейк! Хватит! Экселенц, успокойся!
– Да что здесь происходит? – возмущенно спросила Марго.
– Все в порядке, – ответил Давид, поцеловав девушку в макушку, – у него просто никак не пройдет обострение после болезни. Видать, тхаари крепко тогда заехали ему по голове.
– Ах ты ж! – в очередной раз попытался броситься хард, но Катрин его удержала.
– Перестань его провоцировать, – строго посмотрев на напарника, произнесла она.
– Не могу, – со смешком ответил Ассасино, – это так легко.
