Империя Немых полностью

– Ну, я, например, вот так заморозил на месте шестерых охранников Единства, чтобы мы смогли вернуться на «Пост-Скрипт». А еще был случай, когда я сделал так, что один охранник так треснул своего напарника, что тот потом шевельнуться не мог.

– Очень сильная разновидность нашептывания, – пробормотал один из людей. – И при этом не входя в Мечту.

– Ну, я делаю это не прямо… – добавил я, – это что-то вроде… я как бы следую через некоторое пространство. Может быть, это и есть Мечта, не знаю.

Мелтин держал руку на трости, хотя и сидел.

– Как именно ты заставляешь людей замереть на месте, Седжал? Что ты для этого делаешь?

Я немного подумал.

– Я как будто… вижу их чувства. Ну, не то чтобы вижу глазами. Просто знаю. Потом, пройдя через это странное место, я усиливаю одно из чувств. Но это чувство должно уже быть у того человека, новые я создавать не могу.

– Это нашептывание, – опять произнес тот же человек.

– А что еще ты делаешь, чтобы люди впадали в оцепенение? – опять спросил Мелтин.

– Я полностью отключаю их чувства, – ответил я. – Я даже выучил специальное слово, это называется «апатия». Ты ничего не чувствуешь, ничего не хочется делать, ни к чему нет ни малейшего стимула. И происходящее вокруг не имеет никакого значения, поэтому человек ничего и не помнит.

Мелтин кивнул.

– То есть ты не проникаешь в сознание человека? Не бывает такого, что ты переселяешься в чужое тело и пользуешься им, как своим собственным?

– Нет, такого я не умею.

Все присутствующие издали слабый вздох, похожий на вздох облегчения. Я не понял почему. Кое-кто стал смотреть на Кенди с таким выражением, будто он в чем-то виноват. И этого я тоже не понял. Кенди что-то угрожает?

– Седжал, – тихо произнес Кенди, – а ты когда-нибудь пытался проникнуть в сознание человека?

– Нет.

– А как ты думаешь, у тебя получится?

Я немного подумал.

– Возможно, получится.

Все сидящие за столом опять напряглись.

– Попробуй на мне, – сказал Кенди.

Я посмотрел на него.

– Захватить твое тело?

– Ну да. В этом нет ничего необычного, Седжал. Немые это делают сплошь и рядом. Примени свой прием оцепенения, но только приложи побольше усилий. Мне не будет больно. Все будет в порядке.

И я попробовал. Никто не успел и слова сказать, а я уже нащупал рядом сознание Кенди, точно так, как с первым клиентом, когда мы были вместе с Джессом. И толкнул.

Окружающий мир отскочил в сторону. Я обнаружил, что сижу на другом месте. Я посмотрел на свои руки. Они были больше обычного и более смуглые. Я резко втянул в себя воздух. И даже этот вдох звучал как-то непривычно. Я скосил глаза и увидел… себя. Глаза у меня были закрыты, и я сидел, свесившись на бок на стуле. Я вскочил, опрокинув под собой стул. Мое сердце стучало, но не так, как обычно стучит мое сердце. Я впал в панику.

Вдруг мне на плечо опустилась чья-то рука, и я завопил. Чисто рефлекторно, потому что мне достался еще и чужой разум. Я теперь видел комнату с двух разных точек. Меня было как будто двое, и в то же время – один.

Все остальные, кто был в комнате, – и люди, и инопланетяне, – все повскакали с мест. Это резкое движение меня опять напугало, и я оказался внутри трех, четырех, пяти, нет, шести людей. Потом – семи, восьми и девяти. Мои глаза смотрели одновременно в десяток разных сторон. У меня было две ноги, нет, четыре, нет, целая дюжина ног. В полной панике, я все еще видел свое собственное тело, все так же косо сидящее на стуле. Мне захотелось опять вернуться в это тело. Я хотел снова быть собой. Я жаждал себя.

И вот я на месте. Я открыл глаза и посмотрел на руки. Это были мои руки, мои ладони. Мое тело.

Я поднял глаза. Меня била дрожь. В комнате царила мертвая тишина. Все глаза были устремлены на меня. Потом все заговорили одновременно, и начался страшный шум и гомон. Один из людей, блондин, что-то кричал. Гусеница размахивала руками. У Кенди был ошарашенный вид. Я сжался, сидя на своем стуле. Они сердятся. Они собираются что-то со мной сделать. Мне хотелось убежать.

Наконец праотец Мелтин призвал всех к порядку. Это он положил тогда руку мне на плечо. Он был бледен.

– Это очень… впечатляет, юный Седжал, – сказал он и вытер лоб рукавом. – Думаю, сегодня свершилось историческое событие.

Я промолчал.

– Нам еще следует внимательно проанализировать все, что сейчас произошло, – добавил Мелтин. – Брат Кенди всегда считался одаренным, потому что он умеет разделять свое сознание надвое, находясь в Мечте. Но ты, Седжал… понимаешь ли, твои способности значительно больше.

Я все еще молчал.

Праотец Мелтин глубоко вздохнул.

– Так. Матушка-наставница Арасейль Раймар сообщает также, что ты можешь по своей воле приводить в Мечту других людей. Это правда?

Я кивнул.

– Расскажи нам об этом своими словами.

Я рассказал. На это ушло некоторое время. Кенди принес мне воды, что оказалось очень кстати. Я все еще волновался. Меня слушали внимательно, никто не перебивал. У меня создалось впечатление, что они уже слышали эту историю раньше, и я мысленно дал себе пинка за то, что не догадался, что ведь и Кенди, и, скорее всего, матушка Ара все им доложили.