Империя Немых полностью

– Мама умерла, – выпалил Бен и сразу отвернулся к панели, смутившись сам не зная отчего.

– Я знаю, – сказал Кенди. – Я все помню.

Он обнял Бена сзади. Бен на мгновение прислонился к нему. Он вновь его чувствует.

Они не шевелились до тех пор, пока не запищал сигнал тревоги, предупреждая Бена, что они слишком близко подошли к другому кораблю – к военному. Кенди разжал руки, и Бен вновь почувствовал себя опустошенным, хотя и совсем не так, как тогда, на Беллерофоне.

– Хочешь, я тебя сменю? – предложил Кенди. – Я выведу корабль на орбиту, а потом мы подумаем, что делать дальше.

Бен кивнул и поднялся с места. Он занял свое обычное положение у пульта коммуникации, а Кенди тем временем занялся управлением. Бен послал радиозапрос о разрешении выйти на орбиту Никиты, но ему сообщили, что все орбиты планеты заняты военными кораблями. Он мог занять одно свободное место на орбите второго спутника, но только на два дня, а потом надо будет снова запрашивать разрешение, в котором, однако, ему может быть отказано, если военным понадобится это место. Кенди вывел корабль на отведенную им орбиту.

– И что теперь? – спросил Бен.

– Я хочу ее увидеть, – сказал Кенди.

Второй трюм представлял собой высокое, звенящее эхом помещение длиной около двадцати метров. Прямо у входа в штабели по шесть штук были составлены черные ящики, своими размерами напоминающими гробы. В каждом было окошко, экран компьютера и клавиатура. Криомодули на борту «Пост-Скрипта» предназначались для чрезвычайных ситуаций, когда исчерпаны все средства жизнеподдержания или же на борту не хватило скафандров для всех членов экипажа. При помещении человека внутрь криомодуль производил автоматическое сканирование, а затем, посредством специальных внутривенных инъекций, вводилось сначала снотворное, а потом – ряд стероидных соединений, благодаря которым в организме поддерживалась жизнь. И хотя температура в модулях была ниже температуры жидкого азота, впоследствии организм можно было без труда вернуть в активное состояние.

Сейчас функционировал только один модуль. Все его лампочки горели красным, сообщая о смерти организма внутри. Неподалеку стояла Харен. Когда Кенди и Бен вошли, она обернулась. Глаза, смотревшие поверх чадры, были красными и припухшими.

– Я уже попрощалась, – сказала она. – Я вас оставлю наедине с ней.

Харен ушла. Кенди подошел к модулю, и Бен только сейчас заметил, что они держатся за руки. Кто сделал первый жест, он не помнил. Криомодуль, в котором лежала Ара, находился на уровне пояса, и Кенди пришлось немного нагнуться, чтобы заглянуть в окошко. Лицо Ары было бледным и спокойным. Горе в груди Бена вспыхнуло с новой силой, горе и еще гнев. Как она могла вот так покончить с собой, как могла допустить, чтобы он нашел ее искалеченное мертвое тело? Бен понимал, что она не виновата в том, что произошло, и все равно обида не проходила.

– Реальные люди смотрят на смерть как на радостное перемещение, – раздался рядом с ним голос Кенди. – Я так не могу. Ара была для меня как родная мать, я рядом с ней – желторотый птенец, и я не знаю, как я буду жить без нее.

Отчаяние нахлынуло на Бена безудержным водопадом. Он выпустил руку Кенди, чтобы обнять его за плечи. Кенди тоже обнял его, и оба они тихо плакали. Через некоторое время они замолчали и просто стояли неподвижно перед телом Ары. Потом отвернулись. Ноги сами вынесли их из трюма, они двинулись в сторону камбуза.

– Что мы будем делать? – спросил Бен по пути. – На Беллерофон возвращаться нельзя.

– Не знаю, – признался Кенди. – И если это безумие в Мечте продолжится, нам скоро некуда будет бежать. Я не хочу еще раз пережить то, что пережил. Это было ужасно, Бен. Я вполне понимаю, почему Ара… почему она так поступила. Мне тоже хотелось умереть.

– Хорошо, что ты этого не сделал, – сказал Бен.

Кенди снова сжал плечо Бена.

– Спасибо тебе еще раз.

– Тебе надо еще и Харен поблагодарить, – ответил Бен, когда они уже подходили к камбузу.

– За что поблагодарить? – спросила Харен.

Она сидела за столом, перед ней стояла кружка ароматного кофе.

– За то, что успела подхватить Кенди, пока он не завершил начатое, – ответил Бен.

– Спасибо, – серьезно произнес Кенди.

– Пожалуйста, – ответила Харен с той же серьезностью. Она показала рукой на крошечную кухню. – Если вы хотите чая или кофе, есть горячая вода.

Кенди покачал головой.

– Прежде всего, – сказал он, – мне нужна Мечта.

Дворец ее наиавгустейшего императорского величества императрицы Кан маджа Кали