Империя проклятых полностью

– Ты ослушалась Лилид, – пробормотала Тля. – Когда она приказала тебе избить меня. Ты устроила представление и на самом деле только притворилась, что пинаешь. Ты пила ее кровь уже трижды, и она заклеймила тебя своей рукой. Ее желание должно быть для тебя приказом. Но ты ослушалась.

Тля забарабанила пальцами по рукояти ножа.

– Ты ей не раба.

– Ты тоже, – ответила Диор. – По крайней мере, больше не раба.

– Откуда ты это знаешь?

– Ты странно себя вела, когда одевала меня. Защитила от Никиты. Нашла время, чтобы дать совет, хотя для этого мне пришлось соблазнить Лилид. И ты никогда не называешь ее хозяйкой, если ее нет в комнате. Но я это поняла, только когда столкнулась с Хоакином.

– Этот новый парень-псарь? – Тля покачала головой.

– Он видел, как я убегала из подземелий пару ночей назад, но не выдал меня. Дело в том, что, когда я сбежала по пути сюда, он выследил меня первым и чуть не погиб из-за этого. Получил три удара ножом в грудь, пытаясь угодить своей дорогой Матери-Волчице. И я начала задаваться вопросом, почему он отпустил меня сейчас? Что изменилось?

– Ты исцелила его, когда он умирал, – догадалась Тля. – Как исцелила меня.

Диор кивнула и выдала несколько слов, которые весили не меньше, чем весь мир:

– Моя кровь разрушает связь между хозяином и слугой. Она освобождает рабов.

При этих словах на лице служанки отразился трепет, такой же, какой почувствовали и мы в собственной мертвой груди. Мы никогда не слышали о подобном и не представляли себе такого чуда.

– Но почему ты не стала рабой? – настойчиво спросила Тля.

– А черт его знает. Никак не могу понять, – ответила Диор, покачав головой. – Но Воссы не могут читать мои мысли. И я только притворяюсь, что подчиняюсь, когда Дивоки используют свой Хлыст. Полагаю, вполне логично, что кровь вампиров не может превратить меня в раба, учитывая, что моя сжигает их дотла.

– Как такое возможно? – Тля в недоумении посмотрела на свои руки. – Мои узы с Лилид разорваны, но сила, которую она мне дала, никуда не делась. Мои синяки все равно заживают быстрее, чем если бы я была простой смертной. Ты – колдунья? Какая-нибудь служительница преисподней или дитя Падших?

– Я… – Диор сделала глубокий вдох перед тем, как признаться: – Я – потомок Спасителя. Знаю, что это звучит кощунственно и безумно, просто поверь мне. Иногда мне самой трудно в это поверить. Но сын Вседержителя был простым смертным, и до того, как его распяли на колесе, у него родился ребенок от Мишон, его первой ученицы. Дочь по имени Эсан.

– Это имя… – Служанка вопросительно нахмурилась. – Кажется, это старотальгостский?

При этих словах Грааль прищурилась, и мы тоже удивились, что простая служанка смогла распознать этот древний язык.

– Оно означает «вера», – сказала Диор. – Эсан была дочерью Мишон и небес, и в моих венах течет ее святая кровь. Она сжигает холоднокровок дотла. Лечит любую рану. И если то, что говорили мои друзья, правда, она может положить конец мертводню раз и навсегда.

– Великий Спаситель, – прошептала Тля, опустив кинжал.

– Боюсь, он мне всего лишь дальний родственник, – поморщилась Диор, извиняясь.

Служанка подошла к дверям, проверяя, заперты ли они. Щеки у нее пылали, пульс участился, пока она мерила шагами комнату. Несмотря на диковинное заявление Диор, казалось, Тля была вполне благоразумна, чтобы поверить в то, что видела собственными глазами.

– Дева-Матерь, ты понимаешь, что это значит? – прошипела Тля. – Мы можем вернуть этот город! Освободить каждую покоренную душу от их власти! Каждого солдата, каждую мечницу! Разбить оковы, в которые эти монстры заковали нас, и сжечь всех этих ублюдков прямо в постелях!

Улыбка Диор была холодна, как замерзшая река:

– Да, ты верно все понимаешь.

Мы опустились ей на плечо, и она посмотрела на нас, когда наши крылья пощекотали ей кожу. Мы были в восторге от всего этого, мы понимали, что наши секреты в безопасности, и Диор в безопасности тоже. Мы не могли не восхищаться ее смелостью и ее коварством – этим поцелуем она одурачила даже нас. Танцевать так близко к опасности, не дрогнув. Пройти сквозь огонь, не опалившись. И в этот момент я поняла, что Вседержитель все правильно сделал, выбрав в Избранницы – ее.

– Я не сказала Лилид ничего стоящего, – пробормотала она нам. – Я рассказала ей о сестре Хлое и отце Рафе. Рассказала, что книга с ритуалом прекращения мертводня все еще спрятана в библиотеке Сан-Мишона. Открыла ей тайну, в которую она поверила, и теперь у нее есть задача, над которой она будет думать. Но я ничего не рассказала ей об Эсане. Или о Матери Марин. Или о тебе.

– Что это? – прошептала Тля, глядя на красного мотылька.

– Один из друзей, про которых я говорила, – ответила Диор. – Селин может нам помочь.

– Друг? – Служанка покачала головой. – Я исходила эту империю вдоль и поперек, Диор Лашанс. Но никогда не встречала девушки и вполовину такой странной, как ты.