Где-то за пределами базы послышался знакомый рев двигателей и такие же знакомые звуки пальбы.
Курт, поджав губы, взял в руки одну пушку, — оставшиеся взяли техники, — и поспешил в центральный павильон, где всегда собирались жители базы.
Гражданские были напуганы, офицеры в недоумении поглядывали вверх, будто могли сквозь крышу увидеть истребители. Царила паника. Все уже знали о прилетевших истребителях, а где истребители — там и до разрушителей недалеко.
Курт поднялся на контейнер и громко крикнул, чтобы все успокоились. На некоторое время этого должно хватить.
— Слушайте все. Там, за пределами базы, летает эскадрилья истребителей. Мне нужны лучшие стрелки, что здесь есть, способные справиться с бластерной пушкой времён Войн Клонов. Есть добровольцы?
Люди с опаской глядели друг на друга. Никто не решался.
Через некоторое время из толпы вышел мужчина лет сорока, подошёл к Курту и осмотрел оружие.
— Оно не работает, — вынес вердикт мужчина. — Я участвовал в битве за Джабиим и Кристофсис и знаю, как выглядит рабочее оружие. Это не заработает.
По толпе волной пробежал шепот и тут же стих.
— В таком случае, — слегка растерянно произнёс Курт, — Заблокировать все входы и выходы. Техники пусть попытаются починить генератор щита. Все, у кого есть хоть какое-то оружие, идут на верхнюю площадку и стреляют по истребителям. Все ясно? Работаем!
Курт вытащил бластер из кобуры и, зазывая остальных, побежал к лестнице, ведущей на верхнюю площадку. Спрятавшись под навесом, он осторожно выглянул, что происходит внизу, и нахмурился. Истребители летели одной ровной колонной и стреляли в землю, наворачивая вокруг базы круг за кругом. Скоро от их выстрелов стала образовываться калея, и с каждым кругом она становилась все шире и глубже.
«Они отрезают пути к отступлению», — подумал Курт и, не дожидаясь подмоги, начал стрелять по пролетающим истребителям из бластера. Рука у него дрожала, а потому он ни разу не попал. Даже если бы ему каким-то чудом удалось попасть по истребителю, ничего хорошего из этого бы не вышло. Мощности бластера вряд ли бы хватило даже поцарапать корабль, особенно с такого расстояния.
Словно по команде, все, кто пошёл за Куртом, открыли огонь. Красные, зелёные, синие вспышки слились в один цветной поток. Кому-то удалось попасть по одному истребителю. Его крыло задымилось, однако судно все также продолжало лететь. Вдруг три истребителя, летевшие в самом конце, отделились от общей колонны и, не прекращая пальбы, направились в сторону противника. Многие успели скрыться под навесом, а те, кому повезло меньше, остались на своих местах. Только теперь они больше не смогут сделать ни единого выстрела.
Тела убитых были страшно изувечены. Кровь ручьями текла по крыше.
Курту резко поплохело от увиденного. Как-никак офицеру, что провёл большую часть службы на корабле, не всегда дано это увидеть. Одно дело штурмовики, привыкшие к такому, а тут он.
Истребители пошли на второй заход, но, так и не атаковав, а, видимо, просто напугав, присоединились к эскадрилье и улетели прочь, обратно к разрушителю.
Курт выполз из своего укрытия и, стараясь не смотреть на тела убитых, — вернее, на то, что от них осталось, — подполз к краю крыши, чтобы увидеть результат работы истребителей. Базу окружала теперь огромная пропасть, которую постепенно заполняла вода.
Дрожащей рукой Курт вытащил коммуникатор и по памяти набрал номер одного из техником.
— Илиадор, что у тебя? — едва сдержав рвотный рефлекс, хрипло спросил мужчина.
— Сэр, боюсь, генератор уже не починить.
Морнингстар, казалось, не слышал этого. Он смотрел на небо, что впервые за столько времени наконец прояснилось, открывая взору темно-синее с голубыми проблесками пространство. Где-то в вышине можно было увидеть едва заметные белые точки. Звезды. Как давно Курт не видел вот такого неба и звёзд! И среди всего этого великолепия он увидел совсем крохотный, но до боли знакомый силуэт звездного разрушителя.
Он уже не осозновал, что по его щекам текут слёзы. Он не хотел умирать, хоть и говорил всем вокруг, что ему плевать на свою жизнь. Внезапно ему захотелось пожить вдалеке от всей этой суеты, завести семью, играть с родными детьми и встретить старость с внуками на руках. Об это говорил Вонг? Каково это — быть отцом и дедом? Вряд ли он об узнает.
Где-то в вышине вспыхнули ярким светом зелёные огни. С каждой секундой они приближались к планете.
Курт зажмурился, сжал кулаки и закусил нижнюю губу до крови. Последнее, что он услышал, был страшный грохот, а за ним — тишина.
*
— Сэр, база уничтожена, — сообщил коммандер, — Сканеры не зафиксировали в радиусе пяти километров никакой жизни.
Файлист кивнул и слабо, почти незаметно улыбнулся.
«Это было слишком просто», — подумал он.
— Высчитать координаты для гиперпрыжка в Конфигурацию Рекселль, — распорядился он и, гордо развернувшись, медленно покинул капитанский мостик.
*
Хан не знал, что ему дальше делать. Многое теперь казалось ему неясным. Враг оказался другом, лучший друг — его сыном, если ещё окажется, что его любовь — тоже его дочь, вот ведь семейка получится!