— Нельзя. Если он узнает, то нам с тобой кранты. А потом, ты же слышал, как Жбан сказал, что заплатит нам бабки только после того, как услышит по телику про обезображенный труп.
— Да, — быстро согласился тупорылый ублюдок, — никак нельзя, а жаль. Я еще никогда не ловил такого кайфа, как с ней.
Змей ядовито рассмеялся, сказав:
— Да брось ты, за те десять штук, что заплатит нам шеф, мы сможем перетрахать десяток таких лахудр, да еще и на водку останется.
— Это точно, — согласился Дачник, приподнимаясь с постели,
Девушка слушала их диалог затаив дыхание. Она никак не могла осознать, что они говорят о ней, о ее жизни, за которую кто-то заплатил или заплатит — какая, собственно, для нее разница, — десять тысяч долларов.
— За что? — буквально взмолилась она и тут же упала лицом в подушку, тяжело и надрывно разрыдавшись.
— Наверное, за цепочку, — высказал предположение Змей и тут же подскочил как ошпаренный, — а кстати, где она?
Стараясь унять слезы, Леля приподнялась и, пристально посмотрев на будущих убийц, спросила:
— Да за какую цепочку, в конце концов, хоть это вы можете мне толком объяснить?
Не меняя позы, парень заговорил:
— Ту, которую подарил тебе в бане один уркаган.
Какое-то время в ее глазах сквозило искреннее недоумение, но вдруг она резко вскочила и, взяв с кресла дамскую сумочку, извлекла из нее требуемое украшение, бросив его на колени Змея:
— Держи, вот она… но, может, хоть после этого вы меня отпустите?
— Нет, — категорически заявил он и ленивым жестом достал из кармана точно такой же нож, как и у своего громадного подельника, — засиделись что-то мы у тебя, пора сваливать…
Он еще что-то хотел добавить, но не успел — громкий удар буквально снес с петель хлипкую дверь, и в комнату ворвались трое мужчин в масках в сопровождении худенькой, миловидной девушки.
В руках каждого из ворвавшихся незнакомцев были зажаты автоматические пистолеты, стволы которых смотрели в грудь растерявшимся приятелям.
На часах еще не было одиннадцати, а трое мужчин, сошедшихся вместе благодаря странной прихоти чудаковатой судьбы, медленно двигались вдоль тротуара Тверской улицы в арендованном такси.
Седоусый водила искоса поглядывал на пассажиров и понятливо улыбался, считая, что его клиенты заняты подбором достойных кадров для предстоящей ночи.
Сбившиеся в многочисленные кучки путаны, под неусыпным надзором вороватых сутенеров и дородных бандерш, заполонили центр города от Белорусского вокзала до библиотеки Ленина. Они, конечно же, заметили медленно ползущую вдоль тротуара тачку с потенциальными клиентами и наперебой предлагали себя в качестве живого товара.
Какое-то время водила сохранял приличествующее его положению молчание, но когда его попросили пойти на третий круг, он откровенно удивился и спросил:
— Неужели никто вам не нравится? Сидящий на переднем сиденье Гвоздик на миг обернулся к соседу и неучтиво бросил:
— Шеф, твое дело баранку вертеть, а с блядями мы уж как-нибудь сами разберемся.
Недовольный резкостью тона водила обиженно насупился, но вслух ничего не сказал, в душе соглашаясь с тем, что пассажир по-своему прав.
И вдруг Дегтярев едва не выпрыгнул из машины, навалившись всем корпусом на оконное стекло:
— Вот она! — резко выкрикнул он и добавил, обращаясь к таксисту: — Шеф, тормозни…
Автомобиль еще продолжал двигаться по инерции, а вор уже покинул салон, устремляясь к стоящей в сторонке группке жриц любви. За ним последовали остальные.
Путаны явно напряглись от такой неожиданности — они во все глаза пялились на приближающихся к ним мужчин, не зная, радоваться такому везению или броситься врассыпную.
Надо отметить, что в силу их профессиональной деятельности они привыкли к разного рода неожиданностям. Незнакомцы могли оказаться и благопристойными лопухами, жаждущими продажного секса, но вполне могло быть и так, что эти трое являются обманутыми одной из товарок клиентами — в последнем случае благоразумнее было бы мгновенно ретироваться.
Пока они предавались подобным размышлениям, мужчины уже оказались около них, и в этот миг одна из проституток — жгучая брюнетка с собранными в причудливый пучок волосами, одетая в длинную белоснежную кожаную куртку, — шагнула навстречу Гвоздику и заискивающе улыбнулась:
— Привет, Юра, какими судьбами?
Взяв девушку за руку, парень настойчиво увлек ее в сторону и на одном дыхании выпалил:
— А где Леля? Она мне срочно нужна. Поняв все по-своему, брюнетка обиженно поджала губки и нарочито медленно произнесла:
— И чем тебе так Лелька понравилась? Может, я смогу ее заменить? И для твоих друзей девушки найдутся…
Дегтярев не был настроен вступать в полемику, поэтому неучтиво перебил ее:
— Слушай, Нина, мне некогда с тобой сопли жевать, поэтому скажи, где твоя подружка?
И тут к ним приблизились двое сутенеров с воинственными физиономиями, один из которых угрожающе спросил:
— Какие проблемы?
— Отлезь, фуцин, — коротко бросил Гвоздик, — мне с тобой тереть не о чем.
