Ее руки теперь обнимали его спину. Она слегка притянула его к себе. В этот же момент его правая рука опустилась на ее талию и скользнула под блузку. Только тогда она опомнилась и резко оттолкнула его. Их взгляды встретились. Чингук невольно опустил глаза. Хенми вскочила с дивана и убежала в ванную. Захлопнув дверь, она присела на унитаз и стала обдумывать случившееся. Сердце бешено колотилось в груди. Это был не первый поцелуй в ее жизни. Когда-то еще в начальной школе она, сама того не ожидая, поцеловалась взасос со своим соседом по парте, когда они оказались вдвоем в подъезде их дома. Но то была не более чем детская шалость, которая в какой-то момент зашла слишком далеко. В этот же раз это было совсем по-другому. Все ее тело будто окатило горячим потом. Изнутри поднималось непонятное ей чувство, похожее на сильный гнев. Ее бросало в жар, щеки пылали, а язык словно онемел. Она никак не могла простить себе того, что произошло. И в то же время ей хотелось позвонить кому-нибудь и рассказать о том, что она чувствовала в эту минуту; почитать роман или стихи, красиво описывающие подобные чувства; послушать созвучную ее настроению музыку.
Раздался стук в дверь. «А? Что?» — откликнулась Хенми. «Ты в порядке?» — послышался голос Чингука. «Угу. Все нормально». — «Ты не обиделась?» — «Нет. Подожди, я уже выхожу». Она нажала на кнопку и спустила воду в унитазе. Вода стремительно покатилась в узкое отверстие, и еще какое-то время откуда-то снизу доносился шум свободно падающего потока. Хенми поправила одежду, посмотрела в зеркало на свое лицо и вышла из ванной. Чингук стоял с виноватым видом посреди гостиной. Его лицо покраснело от прилившей крови. Она стала успокаивать его, как мама ребенка: «Все в порядке, Чингук. Пойдем фотки твои посмотрим».
Он молча пошел за ней к дивану. Оки сном сели, теперь уже на небольшом расстоянии друг от друга, и стали медленно листать альбом. Хенми увидела Чингука еще совсем маленьким. На фотографии, где ему исполнилось сто дней, он лежал почти голышом, с крохотным перчиком напоказ, и во весь рот улыбался. Но на фотографии с его первого для рождения он выглядел немного напуганным и смотрел в камеру широко раскрытыми глазами. С каждой новой страницей альбома Чингук стремительно рос и становился все старше и старше. Он пошел в детский сад в белых гольфиках до колен и тут же отправился в поход в костюме скаута. Маленький мальчик, который катался на карусели, сидя на коленях у мамы, через пару снимков уже махал рукой из окна школьного автобуса. Хенми вдруг подумала о том, что значит быть матерью и суждено ли этому случиться в ее жизни. Сама эта мысль приводила ее в ужас, но ведь то же самое она до этого думала и о поцелуях. Может быть, жизнь и есть нескончаемая череда подобных явлений, которые поначалу кажутся устрашающими, но потом становятся привычными и повседневными.
Киен сел в дальнем углу полутемного интернет-кафе и осторожно огляделся по сторонам. Тут и там в клубах сигаретного дыма сидели подростки, с головой ушедшие в «Старкрафт», «Линейдж» или «Картрайдер», и безработные молодые люди, которым надо было где-то убить время. Кое-где за компьютерами расположились девочки в наушниках и болтали с кем-то в видеочате. Все были полностью погружены лишь в то, что происходило на экранах перед их глазами, и не обращали никакого внимания на то, что творилось вокруг. Киен краем глаза взглянул на монитор сидевшего впереди подростка, который увлеченно играл в «Старкрафт». Поле битвы — желтая бесплодная пустыня. Враги подступают со всех сторон, союзные войска погибают в граде пуль, стремительно теряя силы. В мире этой игры действует лишь одна мораль — выжить любой ценой. Морские пехотинцы не отступают даже после того, как их бункер разбит, и открывают ответный огонь, но враг жесток и бессердечен. Захватившие бункер зерглинги неистово атакуют центральный командный центр, а их замыкающий отряд прямиком двинулся на штаб. Из тела зараженного фаербата выскакивают два маленьких монстра, а взмывшая в воздух королева разбрасывает яд над командным центром. Из зараженного командного центра появляется ходячая бомба и бежит в сторону танков терранов. Танк на вершине холма и выстроившихся вокруг него морских пехотинцев ждет неминуемый смертоносный взрыв. На девятнадцатидюймовом жидкокристаллическом экране льются реки крови. Ситуация близка к отчаянию, но до наблюдателя, который сидит в каком-то полуметре от юного геймера, это отчаяние уже не доходит, и в его глазах это всего лишь компьютерная игра, вымогающая карманные деньги у школьников.
