– Я сама себя порезать не могу, а крови нужно много. Кусай, потом замотаем рубахой.
Лариса поморщилась, но все же послушно подошла поближе. Я зажмурилась, ощутив неприятную режущую боль. Отвратительное чувство, когда твою ладонь прокусывают насквозь, оставляя две кровоточащие рваные дыры.
– Ну вот, а ты переживала… – неуверенно улыбнулась я, наблюдая за тем, как кровь медленно стекает с руки и капает на дно железного котелка. Надо не забыть хорошенько его помыть.
– И все-таки отвратительно заклятие.
– Это наш единственный шанс добраться до столицы невредимыми
«Когда нас бьют без причины, мы должны отвечать ударом на удар – я уверена в этом, – и притом с такой силой, чтобы навсегда отучить людей бить нас».
–
Слова заклинания медленно стекали с моих губ. Сложные, заковыристые и непонятные. Древний, мертвый язык, который в этом мире используют только ведьмы.
Я старалась не сбиваться, потому что третьего шанса мне не дадут. Да и последствия неправильно произнесенных слов я ощутила на собственной шкуре. Первая попытка обернулась провалом. Я сбилась с ритма, произнося неправильное слово, контур вокруг вспыхнул, и меня с силой приложило о стену. Было больно и обидно. Второе даже больше, ведь вначале все шло так хорошо. Но я не собиралась сдаваться и потихоньку вливала силу в магическую вязь, нарисованную на собственном теле. Лариса поглядывала на меня с тревогой. После того, как я все-таки, пару минут повалившись на полу, пошла обратно к кругу, она всеми силами начала отговаривать меня от этой затеи, но я была непреклонна. Другого выхода я просто не видела, да и времени на поиски иных вариантов у нас не было.
Нарисованный мелом круг, внутри которого я стояла обнаженная, вспыхнул ровным белым светом и начинал вытягивать из меня силу. Холодный ночной ветер, проникавший в комнату из открытого окна, потрепал косу и прошел по телу, покрывшемуся мелкими мурашками. Я всеми силами подавила в себе желание передернуться, продолжая читать слова заклинания.
–
Знаки на моем теле начали жечь, переливаясь всеми цветами радуги. Приходилось прикладывать немало усилий, чтобы сосредоточиться на словах заклятия и вытерпеть боль. Задрожала, потом навалилась слабость, я пошатнулась, но устояла – нельзя падать. Перед глазами заплясали мелкие черные мушки. Было такое чувство, что из меня выкачали все силы и принялись гасить саму душу. Лариса встрепенулась, в ее глазах я увидела страх за меня. Но, слава богам, она не вмешивалась и терпеливо позволяла мне творить безумие.
Вдруг взметнулись белые языки пламени. Огонь невиданной красоты плясал по кромке очерченного круга, не пересекая границ и не причиняя мне вреда, грея мягким теплом. Из носа на пол упала капля крови, которую тут же с шипением погладил огонь. А за ней еще одна и еще. Я почувствовала, как медленно начинаю уплывать в темноту.
«Еще немного. Совсем чуть-чуть, последние слова, а потом ты можешь поспать», – шепнуло мне собственное сознание.
–
Огонь взревел, взметнулся вверх и исчез, не оставляя после себя ничего. Даже белый круг пропал, словно еще несколько часов назад я не рисовала его собственными руками. Я тяжело дышала, пот, смешанный с кровью, медленно стекал на пол. Влага струилась не только из носа, но и из ушей. Видимо, сосуды лопнули, не выдержав напряжения. Я попыталась встать на ноги, но покачнулась и рухнула обратно, словно кто-то ударил меня по ногам.
– Летта! – Лариса взволнованно заглядывала мне в глаза.
Но вместо любимой подруги я видела только большое мельтешившее черное пятно. Комната качалась, все слилось в единое разноцветное покрывало без четких очертаний.
– Сейчас… Сейчас… – бессвязно повторяла я, хватая ртом воздух.
– Боги, посмотри на себя, ты едва живая! – выкрикнула Лара. – Нужно было послушать меня и не лезть в такие дебри магии без должной подготовки.
А я вдруг поняла, что совершенно не знаю как проверить, наложенное ли заклятие. Как и не знаю того, как именно должно действовать «Лунное кольцо» с учетом моего двойного резерва. Почему-то об этом я даже и не вспомнила.
– Выпей.
