Позади прогремели очереди болтеров, оповестившие о том, что боевые сестры опять вступили в схватку с призраками. Ксеномашины не давали ни минуты покоя, кружась поблизости и скача между реальностями. Раньше она уже сталкивалась с подобной их тактикой, заключавшейся в том, чтобы вынудить противника истратить весь боезапас и ослабеть.
На короткие мгновения они изредка обретали материальную форму, и тогда из их излучателей вырывался зловещий свет. Все, что под него попадало, немедленно исчезало и переносилось в какое-то случайное место.
— Ты спрашиваешь себя, откуда тебе столько известно об этих созданиях, — ехидно начал Наблюдатель. — Сдавайся, и тогда все поймешь.
В этот раз, однако, она ничего не ответила. Она пробежала руками по поверхности очередного неактивного монолита и наконец нащупала то, что хотела.
— Сюда! Скорее ко мне! — закричала она.
Вдоль коридора прошло эхо еще чьих-то шагов, и неумершая уловила вдалеке очертания трех других закованных в броню женщин, приближающихся с противоположного конца. Пол за ними вздымался волнами — их преследовала вяло текущая металлическая река из шуршащих и стрекочущих роботов. Скарабеи жаждали поглотить их и доставить трупы в перерабатывающие камеры.
— Если тебе еще повезет.
— Мы в ловушке, — констатировала та, что с именем Кассандра. — И это, по-твоему, выход?
— Он есть, — уверила неумершая. — Но это будет дорого мне стоить…
— Дороже собственной жизни? — спросила темноволосая женщина со шрамом на лице. Мирия — так ее звали. Та, что преследовала ее в залах монастыря.
— Да, — лаконично и предельно честно ответила неумершая.
Она позволила себе впасть в бессознательное состояние и прикоснуться к ужасам, таящимся в недрах ее разума; там она нашла нужные ей геометрические развертки и схемы, уравнения для активации механизмов и, главное, путь к спасению, ведущий обратно. Обратно на планету. Обратно к руинам и пыли.
Фрагменты инопланетных знаний как живые потянулись к ней, стараясь схватить и утащить в бездонную тьму внутри ее разума. Отбиваться от них было крайне трудно, и постепенно они брали свое, откалывая от нее кусочки и забирая себе.
Но у нее все получилось. Тусклая панель из полированного камня с одного бока монолита превратилась в вертикальную гладь жуткого света. Некронская боевая машина загудела и оторвалась от земли с помощью загадочных внутренних сил, которые она пробудила.
— Опять портал… — утомленно протянула Кассандра. — И куда он нас закинет, чаровница ты наша? — скептично спросила она.
Вместо ответа неумершая прошла сквозь врата.
Скарабеи и призраки кишели повсюду, идти сестрам было больше некуда. Мирия услышала крик Верити, когда одна из насекомоподобных машин укусила ее; госпитальерка стряхнула ее с себя.
Как только монолит ожил и омыл присутствующих женщин зловещим зеленым светом своего портала, незнакомка в капюшоне, не задерживаясь ни секунды, ступила внутрь и пропала из виду.
— Похоже, у нас это входит в привычку, — буркнула Даная и подтолкнула перед собой госпитальерку, одновременно отстреливаясь от бесплотных механических духов. — Хотя других вариантов у нас вроде нет, верно?
Бледное лицо Имогены побагровело от сдерживаемого гнева, но она промолчала и в который раз проследовала за неумершей в неизвестное.
Криптек прибыл ровно в тот момент, когда цикл пространственного сопряжения завершался: фазовый канал сворачивался обратно в монолит. Пирамида опустилась на пол и вновь стала безжизненной, тогда как слуги принялись кружить рядом в ожидании новой команды. Оссуар отпустил скарабеев и заставил призраков прочесать помещение для оценки ущерба, оставленного беззаботным обращением органиков с собственным оружием. На восстановление одной только галереи, разрушенной людьми, уйдут многие людские годы.
Криптек осмотрел активационные руны монолита и выразил интерес. Ни один органик не мог знать, как обращаться с приборной панелью. Подобное было просто невозможно.
И все же они сумели включить механизм. Он извлек из групповой памяти скарабеев последние визуальные записи и принялся просматривать их.
Где-то внутри Оссуара что-то всколыхнулось, нечто такое, чего у него не возникало уже очень и очень давно. Ему понадобилось какое-то время, чтобы обработать и определить малопонятное чувство, но в конце концов он отыскал точное понятие: эмоция.
Криптек убрал эту информацию в отдельную папку, чтобы обдумать позднее, и вновь начал разглядывать погасший портал.
Было очевидно, что ситуация на планете выходит из-под контроля. Здесь, в узловом центре, Оссуар полностью осознавал собственные возможности и военные силы, которые он может призвать. Но там? Снаружи этого царства, вне священных коридоров… Он с неохотой признал, что тут требуются таланты совсем иного порядка.
Настало время пробудить немесора.
Когда-то давно Тегас был обычным человеком, но с тех пор минули многие столетия, и воспоминания о том времени представлялись теперь не более чем полузабытым сном.
