На протяжении оставшихся ступеней Гермиона поддерживала Тонкс под руку, и та решила не протестовать.
Когда они выбежали через оставленную незапертой решетку, открытую явно палочкой Кролла, им даже не пришлось гадать, куда направляться дальше: крики Гарри и звуки проносящихся по воздуху заклинаний указывали путь.
- Акцио палочка! – прокричал Рон, а Гарри издал торжествующий вопль. Обогнув угол, Тонкс и Гермиона обнаружили Рона с угрожающе выставленной палочкой и Гарри, снова держащего свою собственную палочку и наступающего на человека, предавшего его родителей, с мрачной решимостью.
Так это Петтигрю?
Какое-то мгновение Тонкс просто смотрела, смотрела с удивлением, гневом и отвращением на жалкого человечка, принесшего столько горя Римусу, Сириусу и, конечно, Гарри, своим предательством. Старый школьный друг Римуса стоял, прижавшись к стене, у сияющей голубым светом двери, запертой с помощью палочки. Он снова был самим собой – обрюзгшим, с растрепанными бесцветными волосами, а вернее, тем, что от них осталось; его заостренный, как у грызунов, нос подергивался. В крошечных водянистых глазах отражался круговорот эмоций столь противоречивых, что сложно было разобрать. Рука, в которой он держал свою палочку, блестела серебром в тусклом свете светильников.
- Н… ну Гарри… будь благоразумен… - голосом, явно на несколько октав выше, чем обычно, заикался Петтигрю. Тонкс отметила про себя, что его голос и правда был похож на Симонин.
- Благоразумен? – рявкнул в ответ Гарри. – Благоразумен?! Полагаешь, это благоразумно – запирать всех этих оборотней по клеткам, а затем скармливать дементорам их души? Это благоразумно – подвергать такой участи бывшего лучшего друга? Благоразумно создавать армию из оборотней, чтобы твой урод-хозяин смог убивать тысячи невинных людей? Это, по-твоему, благоразумие?
Подбородок Петтигрю трясся.
- Гарри… Я не хотел… это была не моя идея… Пожалуйста, я…
- ЗАТКНИСЬ! – заорал Гарри; его рука с палочкой дрожала, а глаза метали молнии. – Просто заткнись! Хватит ныть, ты, жалкий, лживый… - Он резко сглотнул, стараясь восстановить дыхание. – Когда я думаю обо всем, что ты натворил, то… - Из кончика его палочки начали сыпаться искры. – Из-за тебя Сириус потерял свободу! Мои родители потеряли свои жизни! Я потерял семью! Профессор Люпин – друзей! Хоть до кого-то из них тебе было дело? Хоть когда-то ты думал о чем-то, кроме как о своей шкуре?
Болезненное выражение – краткосрочное, но странно искреннее – промелькнуло на лице Петтигрю.
- Да, - прошептал он тихо, опустошенно, словно бы самому себе. – Но они…
- Они что? Стояли у тебя на пути? – перебил Гарри, не давая Питеру договорить. – Находились не на той стороне? Недостаточно волновались за тебя?
Петтигрю поджал губы и с трудом сглотнул.
Гарри медленно качал головой.
- Знаешь, что? – проговорил он с опасной мягкостью, и его голос, казалось, резал сам воздух. – Я хотел взять тебя живым, но тогда тебя всего лишь отправят в Азкабан, а без дементоров это ничто. И ничто – слишком хорошо для тебя.
Гарри сильнее сжал пальцы на палочке. Его глаза полыхнули.
Петтигрю в ужасе скорчился. Глаза Тонкс распахнулись. Ох Мерлин!
- Гарри, нет! – закричала она, но поздно.
- Редукто!
В сопровождении оглушительного грохота по коридору пронесся луч света. Петтигрю исчез, но не в обломках стены, как ожидала Тонкс – вместо этого она заметила подол его мантии, когда он бросился на пол. Заклинание Гарри попало в стену – ту самую стену, которую сам же Гарри и защитил магически от любых разрушающих заклинаний всего несколько часов назад для того, чтобы запереть внутри пожирателей смерти.
Заклинание отскочило.
Ох, не к добру!
- Черт!
Действуя на чистых инстинктах, Тонкс ухватила Гермиону за мантию на спине и повалилась на пол, увлекая девушку за собой, тогда как срикошетившее заклинание Гарри пронеслось у них над головами.
В следующее мгновение стена позади них взорвалась.
- Протего!
Что-что, а уж умение Гермионы выбрать правильный момент Тонкс точно не могла оспорить. Занавесь из кирпичей и камней обступила их, посыпая осколками, буквально в нескольких сантиметрах от них отскакивающими, словно от невидимой стены, созданной наложенным Гермионой заклинанием. Серая пыль заволокла воздух, удушая, заставляя откашливаться, застилая пространство вокруг. Камни и обломки кирпича дождем барабанили по полу, оставляя на нем трещины и выбоины – такова была сила взрыва; почти вся стена и добрый кусок потолка лежали теперь в руинах вокруг них.
И не только вокруг.
Медленно пыль осела, обломки замерли.
Тонкс открыла глаза и увидела, что Гермиона глядит на нее.
А затем она посмотрела вверх.
Обломки. Защитные чары Гермионы развеялись, и они оказались в окружении обломков – в ловушке.
Ох ну это просто восхитительно.
Тонкс вздохнула – глубоко, устало и смиренно.
- Мне кажется, - тихо проговорила она, - или Гарри только что похоронил нас живьем?
Гермиона нервно улыбнулась.
- Нет, не кажется, - сказала она и шевельнула рукой с палочкой, прижатой к плечу Тонкс. – Мне…
