Внезапно солнце вырвалось из-за облаков, и свет отразился от рукопашной схватки лезвий мечей и полированных шлемов людей, яростно сражающихся на плато. Фигул огляделся и понял, что вскоре столкнувшиеся с неприятностями батавы будут сокрушены. Он увидел другого дуротрига, приближающегося к нему, пожилого воина с косичками в седых волосах и жилистым телосложением. Он направил свое колющее копье к горлу Фигула. Оптион дернул свой щит, и листообразный наконечник пронзил его. Воин выругался и попытался выдернуть оружие, притянув к себе щит Фигула. Фигул потянул за рукоять щита, кряхтя от усилия и удивляясь силе воина. Но в этот мучительный момент, когда двое мужчин напряглись, и щит, и копье застыли на одном месте. Тогда Фигул взревел и дернул изо всех сил, оторвав свой щит от бритта с такой силой, что кончик копья вырвался на свободу. Нечетким движением Фигул вонзил свой меч в воина прежде, чем тот смог принять боевую позу, и вонзил острие клинка ему в живот. Воин резко зашипел и упал, когда Фигул вырвал свое оружие и снова ударил уже другого человека.
Болезненный крик прозвучал сквозь скрежещущий звук и ломкий грохот битвы, и Фигул обернулся и увидел, как Коскониан падает на колени дальше вдоль линии батавов, когда дюжий туземный воин сразил его жестоким ударом топора по плечу. Как только он упал, рядом раздался крик ауксилария: - Префект убит! Коскониан мертв!
Паника мгновенно охватила ряды батавов. Со смертью их командира любое чувство дисциплины и порядка в когорте рухнуло. Линия дрогнула на мгновение, а затем британцы снова напали, и некоторые из первых рядов солдат повернулись и бежали к крепостным валам в отчаянной попытке спастись от кровожадного безумия. Фигул встал и оглядел головы врагов перед собой, пытаясь увидеть хоть какие-нибудь признаки центуриона Тудитана и его людей, их единственной надежды на спасение. Но на дальней стороне форта не было никакого движения. Он сбалансировал на корточках и ударил ближайшего воина. Все больше и больше ауксилариев поворачивались спиной к врагу. Промежутки в строю больше не заполнялись, и Фигул знал, что они не могут и надеяться продержаться перед лицом такого подавляющего превосходства противника.
- Господин, нам нужно отступать! - закричал Рулл, когда дуротриги ринулись вперед, круша убегающих батавов.
Фигул колебался. Мысль об отступлении вызывала у него отвращение, но он знал, что выбора нет. Если они останутся и будут сражаться, его людей наверняка постигнет та же ужасная участь, что и вспомогательные войска. Разве он зашел так далеко в Британию, и прожил так не долго, только для того, чтобы погибнуть в какой-то жалкой засаде из-за импульсивного префекта вспомогательных войск. Он снова повернулся к Руллу и указал на углубление в земле неподалеку.
- Вон туда! Легионеры, за мной!
Фигул развернулся и сразил атакующего британца яростным ударом в шею. Мужчина упал, когда оптион повернулся к своим товарищам и наполнил свои легкие. - За мной!
Фигул повернулся и перешел на рысь, ведя своих людей к оврагу. Он то и дело оглядывался через плечо, чтобы убедиться, что его товарищи рядом. Повсюду вокруг него туземные воины безжалостно охотились на беззащитных ауксилариев, убивая раненых на месте и рубя их тела даже после того, как те переставали дышать. Некоторые из батавов перебрались через разрушенные валы и спустились по склону, но они стали легкой добычей для бриттов, которые метали копья в убегающих солдат, поражая их. Фигул мельком увидел, как один из ауксилариев в отчаянии бросил щит и меч и протянул руки, умоляя о пощаде. Коренастый дуротриг схватил мужчину за плечо и швырнул на землю. Солдат вскрикнул от ужаса, когда на него набросилась группа воинов, и он быстро исчез под шквалом ударов. Фигул отвел взгляд, заставляя себя бежать быстрее и проклиная свои тяжелые доспехи и щит за то, что они замедлили его бег.
Когда они приблизились к оврагу, один из легионеров крикнул: - Туземцы! - Фигул оглянулся и увидел нескольких воинов, бросившихся в погоню. Галл посмотрел вперед и ускорил шаг.
- Продолжайте двигаться! - проревел он. - Не останавливайся!
Фигул с трудом переводил дыхание и чувствовал, как его легкие горят от напряжения. Дойдя до края частокола, он услышал позади резкий крик боли. Оглянувшись через плечо, он увидел, как Хельва споткнулась о ногу упавшего ауксилария и рухнул на землю, его меч выпал из его рук.
- Дерьмо! - закричал Хельва, резко шипя сквозь зубы и схватившись за правую ногу. - Моя лодыжка!
Рулл немедленно остановился рядом с раненым легионером и опустился на колено, чтобы помочь ему встать. В то же время несколько всадников-друидов, которые скакали за ними, обрушились на двух мужчин, окружив их и размахивая изогнутыми клинками. Фигул остановился как вкопанный и повернулся, чтобы атаковать друидов, но преследовавшие его воины устремились через плато к частоколу, преграждая его товарищам путь. Фигул понял, что ему никак не прорваться сквозь бушующую толпу дуротригов и спасти Рулла и Хельву.
