На площади, огороженной пока что от простой толпы жителей столицы, собиралось всё больше благородных гостей. Высокий деревянный трон, выращенный магией, возвышался над пространством ничуть не меньше, чем те, что стояли во дворце.
Жрецы готовились к обряду, ни жестом не выказывая того, что весь прошлый вечер едва за волосы друг друга не таскали, решая, кто какую роль будет исполнять на коронации. Что, кстати, говорило об отсутствии верховного божества у эльфов.
Мы обменялись молчаливыми кивками с Булатовыми, и оба здоровяка тут же отчалили к другим баронам, оставив сестру мне. Это говорило о том, что намерения Екатерины Фёдоровны для них не секрет и воспринимаются благосклонно. Заслужил я некоторое уважение у обоих.
— Вы планируете задержаться в Ланндрассе, когда коронация закончится? — невинным тоном поинтересовалась Булатова. — Или сразу в Лесное?
Я улыбнулся.
— Оставаться здесь я не желаю ни минуты, ваша милость, — ответил я. — И так поход затянулся из-за этих сражений. А мне ещё нужно оценить, что есть в моём баронстве, всё ли растащили рейдеры из Вольных Баронств.
— Да, о таком я не подумала, — чуточку растягивая слова, проговорила Булатова. — Пожалуй, раз вы уезжаете, я тоже хотела бы отправиться в свои земли.
Я кивнул, прекрасно понимая, что Екатерина Фёдоровна желает сблизиться больше за время обратного пути. Впрочем, пока не получу от отца послания, что между нашими родами уже заключён договор, всё это не имеет никакого значения.
Глава семьи может как одобрить кандидатуру Булатовой, так и отвергнуть её. В конце концов, Князевы далеко не бедные, могут себе позволить выбирать. А я понятия не имею, что творится дома, и к каким выводам придёт Владислав Константинович, когда ознакомиться с моим отчётом.
Всегда ведь можно просто оставить в Аэлендоре управляющего, а самому вернуться в Российскую Империю. Но это, скорее всего, только на тот случай, если будущую супругу отец подберёт мне из оставшихся на родине дворянок.
Булатова закусила губу.
— Хотела бы я отправиться с вами, но, увы, у меня есть распоряжения отца, и я обязана их выполнить, — словно только что об этом вспомнив, сказала она.
— Не переживайте, Екатерина Фёдоровна, — ответил я. — Мы же соседи, вы всегда сможете меня навестить в Лесном.
Она открыто улыбнулась, довольная тем, куда повернул разговор. Подхватив края юбки, девушка чуть присела.
— Благодарю за приглашение, Ярослав Владиславович. Я обязательно им воспользуюсь, как только появится возможность.
Однако по глазам я видел, что после моих слов она и сама задумалась, что её может ждать в Утопье. Там ведь такое захолустье, что и брать особо нечего. Да, близко к порталу, но это — единственное достоинство наших баронств. В остальном там хорошо если по дому господскому сохранилось.
Конечно, русские технологии помогут обосноваться с комфортом, но и на это нужно время. И ресурсы, и защита. И, в конце концов, потребуются подданные, которые будут на этой земле жить. Не поселишь ведь по всей территории искусственный интеллект, он с такими задачами пока справляться не умеет.
— А вот и Смирнов подошёл, — продолжая удерживать улыбку на лице, произнесла Екатерина Фёдоровна. — Даже немного жаль его, знаете ли.
— С чего бы? — хмыкнув, уточнил я.
Семён Тихонович действительно двигался по площади. Но пока остальные гости переходили от одного фуршетного стола к другому, барон Междуречья уверенно двигался к воротам дворца, из которых в скором времени появится принцесса, которая сегодня станет королевой Арканора.
Естественно, эннары, присутствующие на площади, это заметили и тут же стали обсуждать столь дерзкое поведение человека. Придётся им в скором времени со многим смириться, но сейчас они ещё могут себе позволить выказывать неодобрение по поводу подобного вмешательства в распорядок.
Так-то русская делегация стоять должна в стороне, как и остальные представители соседних с Арканором стран. Среди них, кстати, нет ни одного представителя Элендора. Послов страны, которая покусилась на жизнь принцессы, уже выгнали из Ланндрасса, и за голову членов делегации я бы не дал и копейки.
Зарежут их верные престолу эльфы. Ну, или отравят по дороге домой.
— Он остаётся в Ланндрассе, — пожала плечами Булатова. — Практически в совершенном одиночестве против эльфийского двора. Учитывая его характер, это будет крайне нелегко — не только диктовать Кайлин условия и решения, но и просто выжить.
— Ушастые мастера плести интриги, — наклонив голову, подтвердил я. — Но вы зря считаете, будто Смирнов здесь останется совсем один. Нет, он будет делать то, что повелит ему его императорское величество. А волю государя станет передавать наш посол. Так что за Семёна Тихоновича можно не волноваться.
