Он собрался быстро, взял себя в руки и теперь совсем не напоминал того человека, который только что осознал пропасть между своими силами и возможностями по сравнению с сущностью, которая пожирает абсолютно всё во вселенной.
— Нет, такие новости лучше приберечь для очень узкого круга посвящённых, — всё же произнёс он. — И тебе не придётся никуда бежать. Я лишь хотел, чтобы мы откровенно поговорили.
Я кивнул.
— Мы и поговорили, ваше императорское величество, — напомнил я. — Надеюсь, больше подобных вопросов не возникнет. Князевы были и остаются верны Российской Империи, государь. Я могу идти?
Император несколько суетливо кивнул, и я покинул его кабинет. Такая реакция неудивительна, я ведь прекрасно понимаю, что именно испытал государь. Не каждый способен вынести дыхание Смерти.
К счастью, его императорское величество, устоял. А что касается слухов о Князевых, так с этим я разберусь обязательно. В конце концов, меня ведь приглашали в клуб высших аристократов. Самое время его навестить.
— Как всё прошло, ваше императорское величество? — наливая янтарный напиток в бокал, спросил Борис Емельянович.
Государь поднял на главу государственной безопасности взгляд покрасневших глаз. Тот не стал больше задавать вопросов, поставил посуду перед монархом и по его жесту занял свободное кресло.
Император протянул руку к бокалу — медленно, сосредоточенно, чтобы не видел безопасник, как трясутся от пережитого стресса руки. Дыхание смерти, которое он почувствовал от графа Князева, казалось, дотянулось до самой души государя. Не схватила костлявая, а лишь погладила. И уже этого хватило, чтобы самые тёмные ужасы, о которых размышлял его императорское величество, обрели ясность.
То, во что слабо верилось с появлением Ликсис Талии, теперь стало свершившимся фактом. Эльфийские боги существуют, они опасны, могущественны. И от них не защищают даже лучшие артефакты, которыми государь был обряжен по максимуму. Ни один из них даже не среагировал, когда чудовищная аура Князева потянулась к монарху. Гвардия, надо отдать им должное, тряслась от ужаса, но пыталась оказать сопротивление.
Но всё это не имело значения. Пожелай Ярослав, и в кабинете он остался бы единственным выжившим. Это было столь же ясно, как и то, что солнце встаёт на востоке. И это осознание — пугало императора до чёртиков.
— Я был прав, когда настоял, что должен провести этот разговор лично, — нарушил тишину государь. — Будь на моём месте кто-то из твоих подчинённых, и ты бы лишился этого человека. Как того идиота, который попал в Аэлендор. Ты, кстати, разобрался, каким образом на столь ответственный пост оказался назначен недоумок?
Борис Емельянович с готовностью кивнул.
— Дело уже закрутилось, ваше императорское величество, — сообщил он. — Я провожу аресты целой сети взяточников на местах. Так что к концу недели служба государственной безопасности станет лучше, сильнее и чище. А жертва Охотского — ну, он умер не напрасно, лес рубят, щепки летят, государь.
Монарх сделал глубокий вдох, чтобы успокоить расшалившиеся нервы, и только после этого глотнул из бокала.
— Морвель, Мара — как ни называй, но богиня Смерти благоволит роду Князевых, — заговорил его императорское величество. — Но если Дарье она вручила только знания того, как открывать порталы, то Ярославу досталась сила Жнеца. Он так себя сам называет. И поверь, Боря, то, что мы считали его опасным до этого — ни в коем случае не соответствует действительности. Граф Князев способен убивать людей на расстоянии. Просто пожелав им смерти. Это живое оружие, пределов силы которого мы не знаем и вряд ли сможем узнать.
Глава государственной безопасности вскинул брови, но пока промолчал. Борис Емельянович прекрасно видел, что государь прошёл по краю, и не стоит перебивать находящегося в стрессе монарха. Чревато.
— Я помню, что младший Горлов говорил, будто Князев — чудовище, — продолжил император. — Тогда Ярослав ещё ни разу не посещал Аэлендор, только с энделионом работал. И я склонен считать, что Жнецом он стал уже достаточно давно. И в этом же статусе отправился сопровождать нашу делегацию. То, как описывал свои ощущения младший Горлов — это просто капля по сравнению с тем, что ощутил на собственной шкуре я.
— Выходит, боги эльфов пробрались на Землю гораздо раньше, — кивнул Борис Емельянович.
— Это не эльфийское божество, — покачал головой император. — Во всяком случае, если верить собственным словам этой сущности. А она в диалоге с Князевой утверждала, что в Аэлендоре ей не рады, и что Морвель, которой поклоняется Ликсис Талия, уже съедена. Нашей Марой.
На некоторое время установилась тишина. Государь потягивал напиток, Борис Емельянович грел собственный бокал в руках. Наконец, он решился прервать затянувшееся молчание:
