— Так они решили, я думаю, — закончил я пересказывать произошедшее.
— Это отличный повод для объявления войны, — хмурилась Елена, раздувая ноздри. — Такое не прощается. Это открытое нападение на граждан империи.
Пришлось приобнять девушку, чтобы успокоить. Похоже, старые раны еще бередят душу и вид погибшего отряда вытягивает на поверхность почти забытые события.
— Скажут, что их сожрал дракон и никто бы ничего не смог доказать, — пожал я плечами. — Надо найти место, где ловит связь, передать информацию и координаты.
— Стража прибудет сюда через несколько дней. Нам здесь сидеть?
— Нет. Предлагаю нагнать этих ублюдков и напомнить им, что здесь вам не там. Здесь за такое можно огрести.
— Это дела империи.
— Если они убили отряд сопровождения, значит не планируют возвращаться в аэропорт и проходить паспортный контроль. Скорей всего у них есть иной способ вернуться на родину. Скорей всего вместе с драконом, живым или мертвым. А там уже политики будут договариваться и решать, что тут правда, а что клевета и разжигание войны.
— Думаешь, они управятся до прихода подмоги? — хмурилась Елена.
— Думаю, они справятся к вечеру, иначе зачем было убивать того, кто строил им ночлег?
— Тринадцать человек, — послышался голос Ярослава. — Один очень сильный, скорей всего в ранге магистра. — Там.
Все обернулись и посмотрели на Ярослава, сидящего в позе для медитации с запрокинутой головой и закатившимися глазами.
— Далеко? — уточнил я шепотом, боясь прервать транс.
— Тридцать километров, — произнес парень, из глаз которого уже текла кровь.
Твою ж мать. Это ж насколько он превзошел сам себя, что смог дотянуться на такое расстояние?
— Спасибо, — обняла его Елена, вливая в рот эликсир жизни.
После того, как наш сенсор пришел в норму, все посмотрели на меня.
— Что ж… Думаю, нет смысла спрашивать, что мы будем делать. И так все понятно.
— Нельзя говорить подобное в мире, где процветает уринотерапия и кофе из говна белки. Вот это тупые идеи. А моя идея гениальна. Знаете почему? Потому что работает.
— В следующий раз, когда тебя посетит очередная гениальная идея, — орал Левша, — присобачь к ней ремни безопасности!
Хиса притащила нам транспорт, который я оставил в особняке. Я теперь все, что может пригодиться, помечаю кусочком Хисы, чтобы она быстро нашла дорогу и принесла необходимое.
Не всегда получается с первого раза, потому что Хисе трудно объяснить к какой именно метке нужно сгонять и принести то, что там лежит.
Поэтому сейчас я рассекал по тундре верхом на дохлом скарабее, которого она зачем-то стащила со склада на продажу. Зато в конце концов принесла нам и огромные сани, подготовленные заранее.
К саням мы пристроили мачту и парус, а также рулевую рейку. С ветром проблем не было, озорной дух-хранитель только рад был поиграть в снежных пиратов.
Даже туша скарабея оказалась к месту. Во-первых, добавляла веса, а то пятиметровые сани заносило на каждой кочке. Во, вторых, я налил внутрь жидкого огня для эффектности.
Так что наш транспорт рассекал по белым снегам, украшенный пылающим жуком спереди, а на панцире стоял я, с развевающимся за плечами алым плащом. Вообще это был шелковые халат лорда Новака. Да, сани Хиса притащила лишь с третьего раза. Но издалека кто там разберет?
А вот с ремнями безопасности идея здравая. Протестировать сани было негде, так что очевидные косяки в конструкции всплыли сразу. Управление ни к черту, бортики надо было сделать повыше, да и со смазкой полозьев мы что-то перемудрили.
Летели бодро, но как будто бы в случайном направлении, виляя из стороны в сторону, пытаясь удержать курс. Зато быстро.
Елена и Ярик обнимали мачту, Левша схватился за Костю, Костя тупо вцепился когтистыми перчатками в днище, да так и распластался. И только Свят спокойно стоял у рулевой рейки, потому что физовик идеально контролировал свое тело и мог держать баланс.
Ну и я впереди гордо возвышался во весь рост, но на самом деле создал подпорки из эфирных щитов. Зато держал перед санями эфирный ледокол, чтобы уменьшить сопротивления воздуха, отчего сани летели еще быстрее. Но об этом я никому не скажу, иначе меня точно побьют.
— Мы приближаемся, — заорал Ярик, пытаясь перекричать свистящий ветер. — Тормози.
Момент осознания пришел ко всем одновременно. Потому что такого синхронного мата от своих друзей я не слышал ни разу.
— Тормоза! — примерно такой был смысл, если объединить сказанное.
Пока я думал, как остановить этот пылающий поезд смерти, несущийся прямо в ад, сани налетели на очередной ухаб, подскочили и сорвались в края обрыва. В местности, в которой из разнообразия лишь оттенки белого, этот обрыв никто даже не заметил.
И вот мы уже на всей скорости несемся вниз по склону прямо в низину. С воплями, с криками и матами, да простит Амбер их душевную слабость.
