— Если мы с тобой выйдем в свет такие наряженные, всё равно все будут думать, что у нас свидание. Зачем вводить людей в заблуждение? — улыбнулся я. — Ладно, давай так. Это будет дружеское свидание. Такой компромисс тебя устроит?
— Устроит, — буркнула Полина.
— Вот и славно. Тогда после допроса едем в ресторан, — кивнул я.
Мы как раз подъехали к отделению. Я помог Полине выйти из машины, и мы вместе направились внутрь.
Марка посадили в ту самую допросную, где месяц назад мы пытались «разговорить» немого наёмника. Круг замкнулся.
— Снова здравствуй, — сказал я, войдя в комнату и картинно бросил папку с его досье на стол.
Полина вошла следом. Она не стала переодеваться, но набросила сверху на платье китель и застегнула на все пуговицы, чтобы спрятать декольте. Марк скользнул похотливым взглядом по её ногам и только затем посмотрел на меня.
— Здравствуйте, ваше благородие, — произнёс он.
— Сразу к делу, — сказал я, садясь напротив. — Как Константин связался с тобой?
Семёнов откинулся на стуле и усмехнулся, показывая золотой зуб.
— Константин? Какой Константин? Я такого не знаю.
— Слушай, у меня нет времени на ерунду, — нахмурился я. — Ты уже сказал, что заказ на моё убийство тебе дал мой брат, Константин Зорин.
— Не помню такого. Зачем бы мне сдавать заказчика? В моём деле, знаете ли, за такое могут голову снести, — продолжая ухмыляться, Марк посмотрел на висящую в углу камеру.
Всё понятно. Он уверен, что здесь, в отделении, ему ничего не грозит.
Зря он так думает, конечно. Если я захочу его разговорить, то меня ничто не остановит. Но пока что посредник не успел вывести меня из себя, просто решил поиграть.
Хорошо. Люблю играть. И особенно выигрывать.
Цокнув языком, я тоже откинулся на стуле и сказал:
— Давай-ка повторим вопрос. Как Константин связался с тобой?
Марк лениво потянулся, звеня наручниками.
— Ох, барончик, ты же не дурак. Без адвоката — ни слова не скажу. Да и вообще… — он наклонился вперёд, — мне что-то не нравится твой тон.
Полина, стоявшая у двери, резко выпрямилась.
— Ты вообще понимаешь, с кем разговариваешь? — спросила она.
— С дворянином, у которого брат-засранец, — усмехнулся Семёнов. — Но я-то здесь при чём? Доказательств у вас — ноль.
— У нас есть запись, где ты говоришь, как твои ребята «общались» с бароном, — сказала Полина. — И показания свидетелей. Больше десяти человек слышало, как ты назвал имя Константина Зорина.
— Может, я оговорился. Или сделал это под давлением. Кажется, мне пистолетом в лицо тыкали.
— Ладно, стоп, — я поднял ладонь. — Чего ты хочешь?
— Я деловой человек, барон. Поэтому хочу сделку, — ответил Марк. — Снятие обвинения в организации покушения на дворянина и ночь с этой куколкой, — он снова бросил на Полину похотливый взгляд.
Её взгляд вспыхнул. Сжав кулаки, девушка шагнула вперёд.
— Я офицер полиции! — воскликнула. — Что ты вообще себя позволяешь?
— Тише, тише, красавица, я пошутил! — засмеялся Семёнов. — Только снятие обвинения. Взамен я расскажу всё, что знаю.
— Вопрос в том, много ли ты знаешь, — произнёс я.
— Достаточно, чтобы вы смогли спокойно казнить своего братца. Ну или как у вас, у благородных, это делается? В общем, сами разберётесь. С меня информация, с вас — закрытие дела.
— Его ещё даже открыть не успели, — сказал я. — Мы ведь только сегодня на тебя вышли, так что можешь не беспокоиться.
Я достал из папки документ и положил перед Марком.
— Вот заявление о возбуждении дела. Можешь оставить себе на память.
Семёнов подозрительно прищурился и прочитал документ.
— Где гарантии, что вы не составите такое же, как только выйдете из комнаты?
— Даю тебе слово, — пожал плечами. — Слово дворянина.
— Ха-ха, серьёзно? Словам я не доверяю.
— Других гарантий не будет. Имя ты уже назвал, брата я могу разговорить и сам. Но если предоставишь доказательства, мне будет немного проще, — ответил я. — За это готов снять обвинение. В конце концов, ты всего лишь посредник, так что лично к тебе нет никаких претензий.
— Ну-ну, — скривился Марк.
— Лучше соглашайся, — добавила Реутова. — Потому что если откажешься — я устрою так, что ты попадёшь не в тюрьму, а на расстрел.
Подобные полномочия у меня и вправду были, поскольку от этого дела пострадал только я. Но всё же, когда Марк выйдет на свободу, за ним придется приглядывать, чтобы больше никому не навредил.
А такие люди обычно не меняются. Поэтому через месяц или два он снова вернется сюда при попытке организовать другое покушение, но до реализации его план, конечно, не дойдет — оперативники приедут раньше. И тогда Марк сядет надолго.
— Почему так жестоко, куколка? — хмыкнул он.
— Потому что никто не мешает добавить, что покушение было не только на дворянина, но и на сотрудника полиции, — холодно ответила Полина. — Более того, на полицейского провидца. Такое карается смертной казнью.
А законы за нападение на провидцев на самом деле отличались. Магов в этом мире очень мало, и убийство всего считалось нанесением непоправимого вреда Российской империи. Потому за покушение на провидца Марка бы отправили на электрический стул.
