— Ситуация, господа, такова. — Генерал Петр Дрейк прошел вдоль настенной карты. — Великое оледенение продолжается, и, судя по прогнозам наших… — генерал сделал небольшую заминку, — …ученых, не собирается останавливаться. Среднегодовая температура продолжит падать примерно на один градус каждые три года.
Дрейк остановился, оглядывая быстрым взглядом сидящих. Взгляд у генерала примечательный, в самых глубинах зрачков мерцают небольшие, размером с булавочную головку зеленые огоньки. Почти незаметные, если не приглядываться.
Большой Совет, представители всех краев Федерации Наций, терпеливо ждали, когда генерал продолжит говорить.
Удовлетворенно усмехнуться генерал себе не позволил.
— Исходя из вышесказанного, я рекомендую… Даже настоятельно советую поддержать план Малого Совета Федерации Наций Земли и начать строительство сети термоядерных реакторов новой конструкции. Это позволит значительно расширить сеть оранжерей…
— Минуточку! — Поднял руку один из губернаторов.
Поморщиться Петр себе тоже не позволил. Как всегда, Гладков, представитель Красноярского края.
— Да, Владислав Сергеевич? — вежливо сказал Дрейк.
— У меня вот какие вопросы, Петр Алексеевич. — Губернатор чуть дернулся, словно собираясь встать с кресла, но передумал. — Реакторы это хорошо, конечно. Но что с топливом для них? Скоро в реакторы дрова кидать придётся! Каждый транспорт ждем как… Как…
Не в силах подобрать слово, Гладков махнул рукой.
— Владислав Сергеевич, — терпеливо сказал Дрейк. — Все мы имеем проблемы с топливом. Эта проблема решится не раньше, чем рудники на Луне заработают на полную мощность. Тогда лимит поставок гелия-3 с Лунной базы будет расширен втрое… Для всех.
Снова прошелся легкий шепоток по присутствующим. Энергия — это не только тепло дома, это оранжереи, это работающие заводы, ездящие машины и поезда, это серьезное оружие… Да много что еще. Энергия — это жизнь.
— В энергии вы нужды знать не будете, — закончил генерал.
— Тогда еще один вопрос, Петр Алексеевич. — Гладков пригладил совершенно седые волосы, зачем-то поправил старомодную ручку в правом кармане пиджака.
Петр Дрейк ждал, не позволяя себе показывать нетерпение.
— Дело у меня сложное, Петр Алексеевич. Можно ли добавить нам войск?
— Пять отделений тяжелой пехоты, пять штурмовиков, усиленный пехотный батальон с тяжелыми вездеходами, эскадрилья флаеров, три эскадрильи беспилотников, волновые установки вокруг города, — перечислил Петр Дрейк и поднял бровь. — Вам этого мало?
— Мало, — прямо сказал Гладков. — Мутантов слишком много появилось в последние годы… Биостанция в Ачинске постоянно обстреливается, люди пропадают. А если они пойдут через Енисей? И не можем мы их сдержать, даже с волновым оружием, Красноярск они просто обойдут! Я присылал выкладки, да ответ… — Гладков беспомощно пожал плечами.
— Войска сейчас нужнее в Поволжье, Владислав Сергеевич, — вежливо ответил генерал Дрейк. — Не мне вам объяснять, что начнется, если Большая Орда снова выступит в поход.
— Вот именно, — подтвердил представитель Поволжья. Ему в свое время волновых генераторов не досталось, а очень хотелось бы.
— Сергей Петрович ближе всех к очагам напряженности, — ровно продолжил Петр Дрейк. — Ситуация такова…
— Ситуация? — отозвался губернатор Красноярского края. По рядам пробежал невнятный шепоток, выходка могла дорого обойтись Гладкову. Но генерал пока что молчал, и губернатор Красноярского края вообще ничего не заметил. А если он не заметил, то зачем, спрашивается, остальным нарываться?
— База «Сибирь-3» голая! Что техника, что топливо, если людей нет? Даже за пульты управления беспилотниками посадить некого! Ополчением все дырки не заткнешь! А меж тем мутантов все больше и больше! Ваша разведка молчат как рыбы, но я знаю, что они накапливаются в моем крае сверх меры! И не сегодня-завтра…
— Мы подумаем, что можно сделать для вас, Сергей Петрович, — сказал генерал.
Наступило молчание. Петр Дрейк смотрел в окно, за которым кружился снежок.
Большой конференц-зал, и в нем четыре человека.
Или уже не человека?
Три мужчины, одна женщина.
Стоим, друг на друга смотрим, молчим.
— Будем знакомы? — спросил я, когда молчать уже невмоготу стало.
Все мы примерно равны по росту, разница где-то в пару сантиметров. Самый высокий, серьезный до мрачности темноволосый парень, с очень короткой стрижкой и гладкими чертами лица, комбинезон тщательно пригнан по фигуре, все кармашки и ремешки застегнуты-заправлены.
Представился он так же серьезно:
— Антон. Руки подавать не буду, я ещё не совсем определился с этим телом.
Несмотря на серьезный тон, обстановка сразу же начала оттаивать.
— Алексей, — представился второй, парень чуть меня пониже и чуть пошире. Лицо простое, чуть широкое, глаза внимательные, на губах играет еле заметная улыбка, которая завсегда может прорваться наружу, и совершенно искренняя.
