— Располагаемся. — Лешка с некоторым трудом открыл лежанку койки, под которой оказался глубокий ящик, и пихнул туда свою сумку. — Все вещи под койки, в рундуки, притянуть сетками. Сейчас начнется ускорение, не нужно, чтобы что-то летало тут по салону. Перед стартом нас предупредят.
— А где остальные? — Обвел я взглядом каюту. — Тут человек десять может поместиться…
Надо же, я впервые на космическом корабле. И ничего такого особенного не ощущаю, не чувствую. Керамитовые стены, полы и потолки, совершенно обычные светильники, по стенам внизу идут кабельные туннели, вверху и внизу тянет воздух вентиляция.
— Да вряд ли кто будет… По третьему сигналу всем надо находиться на кроватях, пристегнутыми. Умеете пристегиваться?
Ленка только фыркнула, как кошка.
— Откуда? — удивился я. — Я космические корабли только на картинках видел.
— Значит, никто из вас на первую степень космонавтики не сдавал? Даже в школе?
— У нас были в школе, в десятом классе, — нехотя кивнула Ленка и добавила, на всякий случай: — Но я уже почти ничего не помню…
— А ты?
— Да нет, не было. Знаю так, немного…
— Ладно, я вам расскажу. Вообще-то, если у нас нет сданной степени космонавтики, то на борт нас можно допускать только в исключительных случаях, под присмотром члена экипажа, который называется «стюард», и нам необходимо выполнять несколько простых правил. Во-первых, не надо путаться под ногами экипажа. Во-вторых, при всех маневрах корабля надо пристегиваться. Вот, ремни на койке… Видите? Как только объявлена предстартовая или предманевровая готовность, то надо сразу же идти в каюту. На стартовой и, соответственно, маневровой готовности надо быть уже пристегнутым. Отстегиваться можно, только когда скажут команду «отбой готовности»…
Ожила корабельная трансляция.
— Внимание! Предстартовая готовность объявляется в три часа сорок минут. Нахождение пассажиров во время предстартовой готовности вне отведенных им помещений не допускается. Спасибо за внимание.
— Вот, первое объявление. Теперь мы только в каютах…
— Леш, а откуда ты все это знаешь-то? — спросила Ленка. — Ты кем до всего вот этого… — она сделала сложный жест рукой в области своего живота, — был-то?
— Работал в космопорте, неужели непонятно? — широко улыбнулся Лешка. — А ты кем была, Лена?
— Машинистом поезда, — отрезала Ленка. Лешка обиженно насупился.
— А я студентом. Недоучившимся, — влез я, чтобы забить образовавшуюся паузу. — Леш, покажи, как пристегиваться к койке.
— Да тут просто… Ложишься вот сюда, ремни крепишь сюда и сюда. Потом закрываешь вот эту сетку, если что по салону летать будет, то в тебя не прилетит.
Я лег на лежанку, оказавшуюся очень удобной. Заурчали сервомоторы, приспосабливая плоскость к моему телу, меня развернуло ногами к центру помещения, в позиции полулежа.
— Во, вот так.
Ремни быстро пересекли меня в нескольких положениях.
— Кнопка аварийного отключения ремней — вот тут, большая, красная. Сетку пока что можно не закрывать.
— Хм…. — Я потренировался пристегиваться и отстегиваться. Действительно, очень просто оказалось. — Леш, а ты летал на корабле?
Лешка помрачнел.
— Летал бы… Я чуть второй уровень не сдал для такого же корабля, если б не…
— Что «не»? — снова влезла любопытная Ленка.
Лешка помрачнел еще больше, и тут снова включилась трансляция.
— Внимание, объявляется предстартовая готовность. Пассажирам оставаться в своих каютах. Объявляется предстартовая готовность, пассажирам оставаться в своих каютах.
— Ну вот, ложимся… — протянул я. — Леш, скоро летим?
— Скоро! — Лешка быстро скользнул на койку.
По корпусу, по полу и стенам прошла легкая дрожь.
— Прогрев двигателей, — прокомментировал Лешка.
Вибрация нарастала — и внезапно кончилась, сменившись ровным и мощным гулом.
— Быстро они, это уже на рабочий режим вышли. Новые движки, что ли?
Дверь в кубрик открылась, появилась маленькая девушка лет двадцати, в комбезе космонавта с незакрытым шлемом за плечами.
— Все пристегнуты, пассажиры? — осведомилась она приятным низким голосом.
— Какой у нас стюард з-з-за-амечательный! — приподнял голову Лешка. — У меня что-то ремешки жмут… Не посмотришь?
— Перебьессси! — хихикнула девушка, но все же прошлась около нас, подергала ремни, закрыла сетку, уделив особое внимание Лешке. — Ну вот, все в порядке. Экипаж желает вам счастливого полета!
Дверь за ней захлопнулась.
— Ох… — Лешка заворочался. — Да что ж она ремни-то так затянула?
— Внимание по кораблю, объявляется стартовая готовность. Начат обратный отсчет. Десять! Девять! Восемь! Семь! Шесть! Пять! Четыре! Три! Два! Один!
И быстро долгожданное уже:
— Ноль. Старт.
Пол дрогнул, навалилась небольшая тяжесть.
— Оторвались… — снова сказал Лешка. — Сейчас будем набирать ускорение, потом включат поля, чтобы пройти через Мусорное кольцо, и на орбиту. Ребят, смотрите!
Я сначала не понял, куда смотреть. А потом электромагнитное излучение вдруг зашкалило. Система быстро сориентировалась в этом потопе, и я увидел, как растет напряжение силовых полей, как некоторые излучения теряются в нем, а некоторые, наоборот, возбуждаются еще больше. Все в белом свете, ярком, как солнце.
