А помнишь Жору? Ты его свалила, но он поборол тебя. Тяжело раненный в бою — ты у него отнимала последние силы, — истекая кровью, он ползком добрался до людей и кровью своей кричал тебе:
— Нет, костлявая, мне жизнь нужна, не отдам ее!
Я в шахте уголь добывал, тяжело было, опасно, и там не раз была ты рядом, но людям тепло нужно было, и мы презирали тебя, работали, чтобы заводы не остановить. Голодали, но победили тебя.
С отцом бывал у огненных водопадов доменных печей, ты и там была, но мы не замечали тебя. Нам чугун и сталь нужны были, и мы работали и строили, чтобы жизнь расцвела.
Я учился, нам было трудно, голодно, холодно, ты и туда заглядывала, но мы готовились жизнь новую строить — и ты отступила.
Сейчас я должен защитить, отстоять эту жизнь.
И мой однокашник выжил, хотя горел в танке, и никто не верил в его спасение, а он верил, боролся с тобой и выжил и воюет, чтобы не только тебя, но и врага уничтожить.
Ну чего ты улыбаешься — ты думаешь, если я ничего не чувствую кроме мертвого покоя, то я уже побеждена?
Нет, мне не нужен твой покой, уйди ты прочь со своим покоем. Нам надо землю свою защитить, восстановить разрушенное, строить…
Я поняла, ты вот что делаешь — подкрадываешься, отнимая силы, сковываешь движения, ласкаешься холодом, а потом отнимаешь волю к жизни, сеешь обреченность и, наконец, уносишь саму жизнь.
Нет, нет, воли тебе не отдам!
Пусть трудности, болезни — через все готова пройти, только жизни не отдам — понимаешь, она нам нужна сейчас, только жизнь, чтобы бороться и побеждать. Только жизнь, только жизнь нужна!
— Так она и есть и будет у тебя, и никто ее не отнимет, не волнуйся.
Ах, ты уже изменила свое лицо, то ты хитрой лисой была с мягкими лапами, то человеком представилась.
Закрываю глаза, вновь открываю: передо мной снова человеческое лицо с доброй улыбкой и теплыми руками.
— Все хорошо, опасность миновала, будешь жить.
Не смотри с таким недоверием, ты тяжко болела, а теперь вернулась к жизни и будешь жить, — ты победила смерть, именно сама победила своим сильным стремлением к жизни.
Жизнь, жизнь, опять жизнь, опять борьба!
Глаза устремлены на этого человека в белом, но я боюсь заговорить, а вдруг не человек, и все же…
— А боеприпасы доставили? — несмело, каким-то чужим голосом спрашиваю.
Вдруг поняла — передо мной врач.
И сейчас, здесь в аудитории, все минувшее оказалось рядом, даже физически ощутила боль переломанных костей, контузию…
«…Войска Первого Украинского фронта, — продолжал полковник, — в тот момент вынуждены были приостановить наступление для отражения ударов врага. И хотя противнику удалось потеснить наши части на двадцать пять — тридцать километров, но в этих боях он понес серьезные потери и наконец под ударами наших войск стал откатываться на юго-запад. Вскоре наши войска освободили Жмеринку, Винницу, подошли к западной Украине».
Я слушаю преподавателя. И перед глазами нескончаемой чередой проходят события, эпизоды того времени. Они все разные, будто непохожие друг на друга, а в основе своей одинаковые.
Шла война, шла борьба не на жизнь, а на смерть. Мы изгоняли врага с нашей земли. На этом трудном, долгом пути войны уничтожали фашистов и сами несли немалые потери.
Но уже близка была победа. И когда в очередной раз раздавалась команда: «По ма-ши-нам! За-во-ди!» — танкисты знали — это новый рывок к Берлину.
Каждое утро, едва занималась заря, я вглядывалась в темнеющую вдалеке линию горизонта, за которым мне виделась несказанно прекрасная мирная жизнь — жизнь полная творчества и новых исканий. Мы жаждали эту жизнь и дрались за нее.
После тяжелых боев в Степановке, Дубовчин-Масловке, после возвращения передового отряда, ходившего в тыл врага в направлении Жмеринки, полк с честью выстоял — выполнил задачу.
— Теперь все ветераны полка обязательно дойдут до Берлина, — уверял замполит, и нам всем верилось, что так и будет, но война жестока.
В населенном пункте Осовец Львовской области в июле сорок четвертого погиб Бугаев Иван Пантелеевич.
Уроженец Воронежской области, он отдал свою жизнь за освобождение украинских земель. Друг и земляк капитана Пустовойтова, он также мужественно встретил смерть, уничтожив немало гитлеровцев в бою, действуя пулеметом и гранатами, после того как выбрался из горящего танка.
В сентябре того же года граница нашей родины осталась позади, гитлеровский сапог не топтал больше нашу землю.
Полк вел боевые действия с фашистами уже на польской земле. Здесь погиб в бою наш начальник штаба полка Дзендор Николай Семенович. Его мужественное сердце отдано было свободе польского народа. Сын Белоруссии, он навечно остался в деревне Ленки недалеко от Кракова.
Шла тяжелая война, и наша славная армия выполняла новую священную миссию — она уничтожала фашизм во имя всего прогрессивного человечества, и протянулись фронтовые дороги нашего полка до самого логова фашистских варваров. На этих дорогах войны оставались молодые жизни наших воинов, освобождающих европейские страны от ига фашизма.
