— О-о! Боже мой! — Она вытянула вперед руки и сделала несколько неуклюжих движений в сторону аквариума, но не дошла — свалилась на пол.
— Будет здорово, если ты еще обоссышься! — подсказал ей Геннадий Сергеевич.
В ответ он услышал уже надоевшее:
— Где ты, Зигфрид?
Еще через пару минут Брунгильда истошно захрапела.
Пошел третий час ночи, когда он набрал будапештский номер Мишкольца. Была опасность, что тот окажется в поместье сына в Сарваше, туда труднее дозвониться. Но Балуеву повезло. Трубку снял Владимир Евгеньевич.
— Что случилось? — сразу почувствовал неладное шеф: хотя в Будапеште был только одиннадцатый час, в такое время помощник никогда не звонил.
— Я говорю с тобой из резиденции Пита. Он взял меня в плен.
— Дай ему трубку, — спокойным голосом попросил Мишкольц.
— Его тут нет. Я воспользовался его отъездом.
— Ты опять во что-то сунулся? — догадался Володя.
— Называй как хочешь, но под тебя сильно копает Поликарп. Если ты до конца недели не появишься, тебя красиво подставят. Криворотый тоже не дремлет, готовится к новой войне. Похоже, он хочет о чем-то с нами договориться, но, возможно, это ловушка. Сам понимаешь, настало время возвращаться. Не сегодня завтра здесь начнется заваруха.
После затяжной паузы Мишкольц произнес:
— Через восемь часов я буду в офисе. Постарайся до этого времени продержаться.
— Хорошо, — вздохнул Гена.
— Кто там у тебя храпит? — поинтересовался напоследок шеф.
— Охрана Пита, которую я споил! — похвастался Балуев и крикнул на прощание: — Сэрвус! До скорой встречи!
Он распахнул настежь окно, потому что запахи в кабинете становились навязчивыми.
— Пит надолго запомнит эту ночь! — сказал он то ли рыбкам в аквариуме, то ли Брунгильде, храпящей на все лады, то ли дождику за окном.
По дороге в резиденцию Пит чувствовал себя превосходно. Кто бы мог подумать, что он такой ловкач? Был неприметной серой мышью, тенью двух боссов и вот наконец выделился! И выделится еще круче — дайте срок! Его имя еще прогремит! Жаль только, на телевидении не сможет показаться из-за этого бесовского шрама! Он-то к нему давно привык, а вот телезрители могут испугаться! Правда, господин Клейнер обещал избавить его от этой штуковины. Нет проблем! На американский манер выражается теперь бывший босс Потапов!
— Дай-ка мне телефон, — обратился Криворотый к сидящему впереди следователю.
Тот был погружен в свои, как показалось Питу, не очень веселые мысли. «Расстроился, что я не дал ему как следует пощупать Шаталина! — предположил Пит. — Вот дурень! Лезет прямо в пекло!»
Пал Палыч молча протянул ему сотовый телефон.
— Господин Клейнер? — прокричал в трубку Пит. — Уже спишь, старый хрен?
— Потише ори! — сразу перешел тот на зловещий шепот. — Я не глухой!
— Как наши дела?
— Хреновые наши дела! — прохрипел американский бизнесмен.
— Старик не желает сматываться? — догадался Криворотый.
— Мягко сказано. Он чуть не отдал меня на растерзание своим псам! И под моими окнами теперь дежурят бравые ребята. Это была ошибка, Петя. Не стоило мне так подставляться! Самому в пору сматываться, а иначе…
— Ладно, не скули! — перебил его бывший друг и помощник. — Утром позабочусь о тебе, а теперь извини — не до тебя. Есть дела поважнее. За ночь ничего не произойдет. Спи спокойно. Это известный маневр. Старик думает и не упускает тебя из виду. Наводит справки. Обычное дело. Не стоит паниковать.
— Тебе хорошо рассуждать, Петя. У тебя столько охраны! На тебя даже менты пашут!
Пит усмехнулся, заметив, как напрягся затылок Беспалого (следователь слышал весь разговор), и нарочито громко изрек истину:
— Это ведь только в глупых книжках менты — герои, а на самом деле — полная туфта!
Следователь при этих словах виновато склонил голову. Криворотому доставляло удовольствие издеваться над ним и наблюдать его реакцию.
— Туфта не туфта, а мог бы подбросить мне пару ребят для спокойствия.
— Поздно, дружок! — в той же веселой манере констатировал Пит. — На хрена ты остановился в этой гостинице? Она на территории Лося. Я тебя предупреждал. Так что приятных тебе сновидений!
— Мы ошиблись в старике, — еще раз посетовал Потапов. — Я думал, здесь будет спокойней.
— Ладно, не канючь! Я же сказал, что позабочусь о тебе. Я не привык повторять дважды.
— Мне нравится, как ты держишься, Петя, — польстил ему бывший босс. — Далеко пойдешь.
Он собрался повесить трубку, но Криворотый крикнул:
— Погоди-ка! Есть одно дельце. Ты помнишь такого Овчинникова, председателя райисполкома? Ты, сдается мне, хаживал к нему домой в далекие времена.
— Ну и что? Он же давно на том свете! — недоумевал господин Клейнер.
— Адреса не помнишь?
— Зачем тебе?
— Хочу нанести визит несчастной вдове.
— У него не осталось вдовы, — пробурчал тот. — Всю семью укокошили, гады!
— Ты адрес, главное, скажи, а там уж я разберусь, кого утешить.
— У меня плохая память на цифры, — признался Потапов. — Помню только визуально.
— Так скажи визуально! — все больше раздражался Пит.
— Проспект Мира, дом с ювелирным магазином, второй подъезд, пятый этаж, квартира направо.
— Вот и ладушки, — сразу подобрел Криворотый и пожелал старому другу спокойной ночи.
