— Что это за…
— Ицуки-сама!
Лисия тут же бросилась к Ицуки, но перед ней вдруг что-то опустилось и отбросило назад.
— Кья-у!
...Листок бумаги?
Мне показалось, что он на мгновение заискрился так, что Лисию попросту отшвырнуло.
— Все-таки вы смогли добраться сюда… не скажу, что не ожидал от вас такого, но все равно поздравляю!
Этот голос… кажется, я слышал его, пока занимался поисками Героев.
Я повернулся на него и увидел перед висящим в воздухе многоугольником человека.
Ростом он примерно с меня.
Волосы у него… белые? Кажется, немного блестят. Наверное, серебряные.
При всем этом длинные и растрепанные. Кожа бледная. Лицо, пожалуй, все-таки скорее красивое.
Но он совсем не показался мне человеком, с которым захотелось бы дружить.
И причина тому — безжизненные, застывшие как у мертвой рыбины глаза.
Если описывать этого типа в двух словах, то “мрачный” и “зловещий”.
Он однозначно из тех людей, с которыми невозможно подружиться по худшим из причин.
Из тех, что думают лишь о себе; не могут заткнуться, стоит разговору зайти об их персоне; но молчат, когда тема им незнакома. И при всем при этом они свято уверены в своей гениальности, а всех остальных считают глупцами.
Такой взгляд часто характерен для людей, которыми владеет гордыня.
Его одежда похожа на лабораторный халат, да и вообще он на ученого похож.
На груди у него из импровизированного патронташа торчат пробирки. Не знаю, почему мне так кажется, но мне он напомнил алхимика.
Хотя, я с внешним видом алхимиков знаком только по представлениям из аниме.
Кожаные перчатки, крепкие ботинки — такое чувство, будто на создание своего образа он потратил как-то уж слишком много усилий.
Если аптекарей в этом мире я видел, то алхимиков еще нет.
Только слышал от всяких продавцов, что такая наука здесь существует.
И тем не менее, не знаю, почему, но при виде этого типа мысль об алхимиках сразу пришла в голову.
Однако куда больше, чем мерзкий взгляд, меня заинтересовала книга у него в руке.
Из ее обложки выпирал чем-то знакомый кристалл… от вида которого все тело пронзило предчувствие чего-то нехорошего.
— Когда вы в первый раз отрубили Лингую голову, я аж испугался, но вы ушли, так и не отыскав сюда дороги. Ох, и насмешил же ты меня, глупый Герой Щита.
— …
В ответ на явно предназначенную моим ушам ехидную реплику я вперился в мужчину взглядом.
Мы с ним еще и поговорить не успели, а я уже вижу, что порядочным человеком его не назвать.
— Добро пожаловать в нутро Черепашки. Как ощущения?
— Ицуки-сама-а! — заголосила отброшенная Лисия, вскакивая на ноги.
— А-а, ты про них? Ну-у, я, конечно, приготовился к тому, что Четверо Священных Героев попытаются взять меня штурмом, но они оказались такими слабаками, что мне прямо не верится. В вашем мире что, все Герои такие?
— ...Почему они здесь?
— А? Ты что, еще не понял?
Я снова посмотрел на спящую троицу.
Их оружие слабо светилось, словно сопротивляясь.
Точнее, оно…
— Ты их силы вытягиваешь, что ли?
— Блестяще! Вы не разочаровали меня, Герой Щита-сама, сильнейший среди идиотов! Гъя-ха-ха-ха!
Противник мерзко рассмеялся, я скорчил кислую мину.
Ну, с его точки зрения я остолоп, который, единожды остановив Лингуя, с легким сердцем упустил свой шанс и тем самым разрешил ему принести гораздо больше ущерба.
А я-то что? Я в этом мире не разбираюсь и правильно Лингуев побеждать не обучен.
Плюс, я Герой Щита и могу лишь защищать.
— Знал бы ты, какая умора была с их поимкой! Герой Меча постоянно пер напролом и нападал, лишь бы только его товарищи не подохли! Прямо кабанчик! Герой Копья просил своих товарищей поддержать его, а те слиняли! Он побежал за ними, но я легко его поймал. Наконец, Герой Лука и вовсе рассорился со своими спутниками, а когда я его связал, те сбежали!
Ухмыляется-то как… Теперь понятно. Герои исчезли потому, что после проигрыша Лингую их всех переловили.
А затем их объявили пропавшими без вести.
Заодно понятно, с чего вдруг Лингуй стал сильнее.
Скорее всего, он впитывает силу оружия Священных Героев.
В нем ведь дремлет великая сила, как-никак.
Легендарному Щиту тоже надо отдать должное, ведь он выдерживал прямые атаки впитавшего эту силу Лингуя.
— С какой целью ты так поступал?! — воскликнула Эклер, делая шаг вперед.
Хороший вопрос. Я не могу даже представить, какая тому может быть причина.
По-хорошему, Лингуй должен бушевать ради мира.
Конечно, он вредит людям, но в конечном счете спасает мир… теоритически.
Однако этот тип захватил власть над черепахой и занимался одним только увеличением ущерба.
— А? Вам-то какое дело, жители умирающего мира?
— Отвечать, значит, не собираешься? — уточнил я.
Противник ухмыльнулся и кивнул.
Какое нам дело?.. Ты еще спрашиваешь после всего, что нам пришлось пережить?!
Но давать волю ярости нельзя, она нам никак не поможет.
Мой мозг зацепился за фразу “жители умирающего мира”. Он выразился так, словно его это не касается.
— Впрочем, удивить вы меня удивили. Я не понимал, зачем вы столько времени держали Лингуя на месте, а вы вон какое чудовище приволокли.
На стене зала отобразилось то, что видит Лингуй.
