Но сейчас ей не нужно ничего, кроме сна. Может, после отдыха все пойдет на лад. Дейрдра посмотрела на остатки золотого свитка и пожала плечами.
– Ладно, пожалуй, делать нам здесь больше нечего. Может, уйдем прямо сейчас? Я вот-вот рухну.
Инди обнял ее за плечи.
– Я тоже. Пошли.
– А как быть с фальшивым Омфалосом? – поинтересовался Шеннон.
– Оставим тут, – отозвался Инди. – Прекрасный символ возвращения Омфалоса на законное место.
– Тем более, по-моему, совершенно без разницы, который из двух был зарыт, разве нет? – пожал плечами Шеннон.
Инди взглянул на друга, ни разу не державшего Омфалос в руках.
– Угу. Пожалуй, без разницы.
«Нам следовало бы глядеть в будущее с восторгом и облегчением, но что-то в отношениях между нами изменилось, сдвинулось, как земля во время землетрясения, – думал Инди. – Мы словно совершенно переродились». Но при том он знал, что множество людей, заглянувших смерти в лицо, неизбежно впадали в депрессию, когда опасность минует. Инди не сомневался, что чувство это пройдет, и все будет как встарь. По крайней мере, он надеялся, что будет так. Сняв руку с плеча Дейрдры, он еще раз оглядел каменное строение. Ему бросилось в глаза, что голубые камни, образующие подкову внутри пяти трилитов в центре руин, имеют ту же коническую форму, что и Омфалос. Древние греки почитали конус и параллелограмм двумя наиболее священными формами камней. И обе формы имелись в Стоунхендже. Но Стоунхендж был замышлен и построен до того, как древние греки взошли к вершинам своей цивилизации. Инди подумал о золотом свитке с рассказом Мерлина, о странном видении высокого человека в сером плаще и решил, что в Стоунхендже миф и реальность сливаются воедино. Порой правда может оказаться странной и причудливой до невероятности.
Они прошли возле трилита. Инди остановился, заметив лежащий у основания камня веблей. Подняв револьвер, Инди оглядел массивный каменный блок и погладил его ладонями.
– Ты что делаешь? – спросил Шеннон.
– Да просто гляжу. Как-то ни разу не выпала такая возможность со времени нашего приезда сюда.
– Камень есть камень, Инди, как бы велик он ни был.
– А все джаз-оркестры звучат одинаково.
Шеннон потер шею и ухмыльнулся:
– Ладно, усек. Каждый камень может поведать свою повесть.
– Эй, вы двое! Пошли! – сказала Дейрдра.
Экипаж дожидался их. Рэнди на рассвете отвез отца в селение, а затем вернулся за ними. Он знал, что Дейрдре не терпится уехать. Инди уже начал поворачиваться, как увидел нечто необычное. В нескольких футах над его головой блок украшал вырезанный на камне кинжал около фута длиной, острием книзу. Его эфес напоминал рукояти эгейских мечей, вырезанных на камне во втором веке до нашей эры, которые доводилось видеть Инди.
– Ну, что же ты делаешь? – поинтересовалась Дейрдра.
– Видишь? – указал он на кинжал. Дейрдра подошла поближе к камню.
– Смахивает на стрелу.
– Пожалуй, можно сказать и так, – пожал он плечами. – Быть может, это стрела Аполлона.
– Это как? – удивился Шеннон.
– Аполлон дал стрелу волшебнику Абарису, который облетал на ней землю.
– А чего ему было останавливаться здесь? – не унимался Шеннон.
Инди отвернулся и оглядел просторную пустынную равнину. Он думал о рассказах об Аполлоне и Мерлине и удивлялся.
– Кто знает? Быть может, Аполлон послал его сюда, чтобы тот прихватил одну вещь, зарытую тут давным-давно.
(Обращение к дотошному читателю, сетующему на погрешности автора)
Россия, ее культура и религия по-прежнему остаются для американцев тайной за семью печатями. Обитатели Нового Света зачастую даже не знают, что до Октябрьской революции была Февральская, что православный христианин ничуть не похож на квакера, или что Харбин находится отнюдь не в России. Так что, если вам встретятся в повествовании кое-какие неточности, не обращайте внимания. Ведь это не ученый труд по этнографии, а приключенческий роман. Если же вам доведется узнать из него кое-что новое – это ли повод для огорчения?
Эту книгу я посвящаю Меггер
Благодарю Эда Смарта за его воспоминания о Чикаго 1927 года
Неужели вы всерьез полагаете, будто мы не в силах доказать свою правоту, если и по сей день в стране курдов можно обозреть остатки Ноева ковчега?
Епифаний Саламинский (4 век н.э.)
В этом мире возможно абсолютно все, но если что-либо в археологии абсолютно невозможно, так именно это.
Археолог Фролик Рейни, по поводу существования Ноева ковчега
Россия, Петроград, октябрь 1917 года
