— И все-таки, — настаивал Джонс. — Мои текущие проблемы слишком интимны, Джей, вы же знаете.
Француз вдруг резко поднялся, чтобы слегка поклониться:
— Видите ли, месье Джонс, я проводил экспертизу Корана, который вы привезли из Алжира, — он говорил с заметным акцентом.
— Вот как? — с вежливым интересом сказал гость.
— Господа, — Бьюкенен, улыбаясь, снова поднял обе руки, — я предлагаю обсуждать дела по порядку. Мы изучили предметы, которые мистер Джонс привез из Гватемалы. О нефритовом каймане говорить не будем, поскольку, я полагаю, мистер Джонс и сам понимает, какова его ценность. Керамика гораздо интереснее. Инди, не могли бы вы пояснить, что изображено на том блюде, которое было в вашем контейнере?
— А где само блюдо? — гость огляделся.
— Разумеется, не в этом кабинете. Да вы успокойтесь, я покупаю и каймана, и блюдо.
— Коллега Ренар, если не ошибаюсь, не смог дать вам исчерпывающую консультацию? — теперь уже привстал и поклонился французу доктор Джонс.
Тот плавно перестал улыбаться.
— Я даю господину менеджеру консультации по другим вопросам, — сказал он без выражения. Акцент его вдруг обострился. — Я не специалист по Месоамерике, коллега Джонс.
— О, вы знаете нашу рабочую терминологию? Я, собственно, хотел только уяснить для себя круг вопросов, по которым господин менеджер уже мог иметь определенную информацию. Надеюсь, я вас не обидел, коллега?
Ренар размышлял некоторое время, легко поигрывая желваками, затем положил ногу на ногу и сказал странно:
— Продолжайте, господа, прошу. Я вам не мешаю.
— На том образце керамики, который я прислал вам, — объяснил Джонс, — изображены сцены так называемой «игры в мяч». Это удивительное явление было распространено по всему месоамериканскому региону. Правила ее внешне похожи на баскетбол, игроки должны попасть мячом в каменное кольцо, но при этом запрещалось касаться мяча руками или ступнями ног, только бедрами, ягодицами, плечами и локтями. В конце игры победитель получал право убить побежденного, а затем отрезать ему голову.
— Бой гладиаторов, — снова подал голос Ренар. — Зрелище. Понимаю.
— Нет, с Римом здесь нет аналогий, поскольку у индейцев соревнование носило чисто ритуальный характер, я бы сказал — магический, и было связано с культом плодородия. Если бы вы обратили внимание на растительный орнамент по краям блюда…
— Обратили, — откликнулся Бьюкенен. — Вы нашли блюдо в той пирамиде, которую разыскивали?
— Да. Покойник, очевидно, был знаменитым игроком в мяч, а блюдо, вероятнее всего, предназначалось для того, чтобы класть на него отрезанную голову побежденного соперника.
— Да-да, очень интересно, — нетерпеливо согласился менеджер. — Ну, а как же насчет Шестого Солнца, за которым вы, собственно, ездили?
— Экспедиция закончилась неудачей, — опустил взгляд Джонс. — Вы, дорогой Джи-Си, вынуждаете меня повторять это, хотя, по телефону я вам уже сообщил о результате.
— Две с лишним тысячи долларов… Я хорошо помню наш телефонный разговор, Инди. Мы обсуждали возникшие в связи с вашей неудачей финансовые трудности, и еще, конечно, вернемся к ним, но послушайте, хотелось бы получить разъяснения. Если угодно, отчет. Мы с вами знакомы много лет, и я вам доверяю, как никому другому, поэтому, когда вы в мае обратились ко мне с новым проектом — помните? — я оказал помощь, ни секунды не колеблясь. Я и сейчас нисколько не раскаиваюсь в этом, несмотря на потерянные деньги. Любой проект может закончиться неудачей, ничего страшного здесь нет, и на наше дальнейшее сотрудничество это никоим образом не повлияет, по крайней мере, с моей стороны. Вы понимаете меня, Инди?
— Я верну долг, — сообщил Джонс в пол. — Я не отказываюсь от своих обязательств.
Менеджер Бьюкенен захохотал.
— Послушайте, старина, — он привстал из-за стола и хлопнул гостя по плечу, — никто в этом не сомневается! В конце концов, две с половиной тысячи — не такая уж большая сумма по нынешним временам. За годы нашего сотрудничества я лично, да и этот музей, заработал на вас гораздо больше. Поэтому отложим на время разговор о деньгах и поговорим о деле. Вы видели пресловутое Золотое Солнце, упавшее с Шестого Неба? Оно в самом деле существует?
— Я в руках его держал, Джей. Я в заплечном мешке его нес, вот ведь как бывает…
— Как оно выглядело?
— Пять-шесть дюймов в диаметре. Диск, похожий на очень большую монету, с непонятными надписями.
— Из золота? — вмешался Ренар.
— Нет. Другой металл, мне не известный, но похожий на золото.
— Значит, вы сумели найти эту пирамиду? — уважительно сказал Бьюкенен.
— Она оказалась очень маленькая, просто крохотная какая-то, — ответил Джонс. — Зато под ней — большой склеп. Череп, содержащий Шестое Солнце, был там. Красивейший, между прочим, череп, инкрустированный бирюзой, настоящее произведение искусства… А диск из желтого металла действительно слегка светился, как и указывала легенда.
