Когда-то сад был гордостью и отрадой ее отца и насчитывал около двухсот ухоженных деревьев. Когда он продал себя, у Кэтрин не было другого выбора, кроме как оставить сад в запустении, потому что она не могла позволить себе нанять садовника. На протяжении многих лет сама природа подрезала ветви и ухаживала за ними. Поздней осенью, как сейчас, около сотни деревьев продолжали приносить терпкие красные плоды.
Эстер собрала почти полную корзину яблок, упавших после последнего дождя, но остановилась, увидев Галена, который, опираясь на трость Би, медленно ковылял в ее сторону. Ее первым побуждением было быстро осмотреть местность в поисках возможных свидетелей. Не было ничего необычного в том, что ловцы рабов прятались среди деревьев возле домов на дороге. Однако она не видела ничего, кроме открытых полей своей земли и блестящих листьев деревьев, покрытых осенними поцелуями, вдали. Она недоумевала, что же так срочно понадобилось Галену, что он не смог дождаться ее возвращения домой. По крайней мере, у него хватило ума надеть старый рыбацкий свитер, который он достал из сундука, одобрительно отметила она. В воздухе солнечного дня середины октября чувствовался холод, предвещавший скорое наступление зимы.
Он тяжело дышал, когда поравнялся с тем местом, где она стояла среди деревьев. Короткая прогулка от дома отняла у него много сил.
Задаваясь вопросом, есть ли у него вообще хоть капля здравого смысла, она сказала ему:
— Я предполагаю, что у тебя есть веская причина для выхода?
Он нашел пень и опустился на него.
— Да. Если я останусь запертым в этой комнате еще хоть минуту, я сойду с ума.
Их взгляды встретились, и Эстер поймала себя на том, что вспоминает, какой теплой была его кожа под ее пальцами. Она отвела взгляд.
— Не пора ли нанести вторую порцию мази?
Она усмехнулась про себя и подумала, не обладает ли он способностью читать мысли.
— Нет, — ответила она. — После обеда. Потом еще раз после ужина.
— Жаль, — констатировал он, глядя на нее снизу вверх.
Когда он заговорил снова, его голос был серьезен.
— Эстер, я хотел бы извиниться за свое поведение с момента приезда. Ты была терпелива и добра. Меня воспитали лучше, хотя я этого и не показывал.
Эстер изучала его покрытое синяками лицо, чувствуя его искренность.
— Извинения приняты, — ответила она мягче, чем намеревалась. Стараясь отвлечься от опасного подтекста, который она почувствовала в нем, она занялась поисками других яблок, разбросанных по земле. Ее интересовали только те, которые были еще в относительно хорошем состоянии. Большинство лучших фруктов были собраны наемными работниками менее двух недель назад, а затем отправлены на рынок для продажи или проданы бочками ее соседям, которые заготовляли их на зиму, превращали в пироги или готовили из них яблочный соус. У Эстер в погребе были припрятаны собственные запасы в бочках, но она все равно проверяла каждый день в надежде найти какие-нибудь фрукты, которые еще можно было спасти.
Пока она ходила по саду, наклоняясь то тут, то там, чтобы положить яблоко в корзину, она очень остро ощущала присутствие Галена. Она знала, что он наблюдает за ней, и она почувствовала, как к ней возвращается прежняя нервозность. Она сказала себе, что ведет себя глупо, с какой стати она должна быть такой пугливой, как юная девушка со своим первым кавалером? В свои двадцать четыре года она уже пережила те времена, когда у нее перехватывало дыхание от мужчины, даже такого интригующего и непостоянного, как Гален. Да, он был Черным Дэниелом, самым известным кондуктором на Дороге, но он также мог быть грубым, вспыльчивым и высокомерным до невозможности, не говоря уже о его лице, которое все еще выглядело так, словно по нему проехало колесо фургона. Такой человек не мог влиять на нее.
Голос Галена прервал ее размышления, когда он спросил:
— Кто здесь самый крупный землевладелец?
— Джейкоб Арай. Он поселился здесь в 28-м году, и у него около ста восьмидесяти акров.
Она вернулась и села на ближайший пенек, затем оглядела окрестности.
— Во времена моих прадедушки и бабушки самыми крупными землевладельцами в этом районе была семья Монтгомери. По словам моей тети Кэтрин, они владели более чем тысячей акров земли в этой части графства.
— У них все еще есть потомки в этом районе?
— Нет, Монтгомери были тори. Когда корона проиграла войну, Монтгомери потеряли все. В конце концов они эмигрировали в Канаду вместе с другими бежавшими сторонниками тори, и мой прадед приобрел часть земли.
Гален оглядел невспаханные поля и спросил:
— Сколько у тебя акров земли?
— Около ста десяти.
— Ты не занимаешься сельским хозяйством?
— Нет, но мистер Хаббл занимается на участке, который я ему сдаю в аренду. Во время сбора урожая он отдает мне часть прибыли. Он живет примерно в пяти милях к востоку.
— Кто-нибудь поблизости продает землю?
— Почему? Ты хочешь жить среди нас, предателей?
— Возможно.
— Ты, конечно, шутишь?
— Может быть.
Он с трудом поднялся с пня. Опираясь на трость, он встал и сказал:
— Думаю, на сегодня с меня хватит прогулок на свежем воздухе.