Фостер, Эстер, Дженин и Гейл отправились вместе в «Безумие». К тому времени, когда они прибыли на место и въехали в открытые кованые ворота, уже сгустились сумерки. Они оказались в хвосте длинной вереницы экипажей, которые медленно продвигались к дому по гравийной дорожке в форме подковы. Вдоль подъездной аллеи стояли красивые разноцветные фонари, освещавшие дорогу. Эффект мягкого сияния фонарей на фоне внушительного дома придавал окружению волшебную атмосферу.
Дом стоял на вершине подковы, а до нее оставалось еще несколько футов. Позади их фургона Эстер увидела, что к медленно движущейся очереди присоединилось множество других экипажей. В некоторых из них сидели знакомые ей люди, в то время как в других сидели незнакомцы. Ей стало интересно, сколько же человек было приглашено.
Когда они, наконец, добрались до двери, двое мужчин в черно-золотых ливреях подошли к фургону и помогли дамам выйти. Еще один мужчина подошел и взял поводья, а Фостер присоединился к ним. Взгляд Эстер скользнул по великолепному зданию цвета лесной зелени. Было совершенно очевидно, что Уильям Лавджой не пожалел денег на постройку украшенной карнизами и остроконечной крышей красавицы, которой теперь владел Гален.
Затем один из мужчин занял место Фостера и покатил фургон по подъездной дорожке. Его оставшийся спутник в ливрее объяснил:
— Мы подадим фургон обратно, когда вы будете готовы к отъезду. Приятного вечера.
Внутри стоял гул хорошо одетой толпы. Хотя комната с высокими потолками и красивой люстрой была огромной по меркам Уиттакера, в ее кремовых стенах, казалось, не было ни дюйма свободного пространства.
Мужчина с низким, громким голосом объявил о приезде Эстер и ее спутников, как будто они были членами королевской семьи. На Фостера это произвело такое впечатление, что Эстер подумала, что он вот-вот выпрыгнет из жилета. Ей все это показалось немного глупым, но она последовала за своей компанией в зал, как будто это было само собой разумеющимся.
В комнате было так много народу, что Эстер сомневалась, что кто-то вообще слышал их имена. Она увидела многих своих соседей. Их дружелюбные улыбки помогли Эстер почувствовать себя как дома. Пытаясь расслышать, о чем кричит Эбигейл, пытаясь перекричать шум, Эстер незаметно оглядела комнату в поисках Галена. Из-за его высокого роста его было легко заметить в дальнем конце комнаты. Он был одет в сюртук из бархата цвета индиго. Рубашка под ней была белоснежной, а черные шелковые брюки гармонировали с черным шелковым жилетом. Он стоял рядом с элегантно одетой пожилой женщиной с кожей цвета слоновой кости и волосами цвета ночи. Когда он поднял глаза и встретился взглядом с Эстер, она почувствовала его молчаливое приветствие так же отчетливо, как если бы он поцеловал ее в губы.
Фостер сказал:
— А, вон там Вашон. Мы должны засвидетельствовать свое почтение.
Гейл взволнованно вмешалась:
— Если я не ошибаюсь, рядом с ним его тетя Расин.
Гейл схватила Эстер за запястье и сказала:
— Пойдем, Эстер, я хочу, чтобы ты познакомилась с ней.
Они пробрались сквозь толпу. Эстер увидела Би Мелдрам и Брэнтона Хаббла, стоявших в окружении группы людей. Их глаза расширились при виде нее в элегантном платье, и она улыбнулась. С момента ее приезда многие соседи встретили ее появление с похожей реакцией. Казалось, даже Фостер не остался равнодушным. Во время поездки в фургоне он все время смотрел на нее так, словно никогда раньше не видел.
Пока Гален наблюдал за приближающейся Эстер, ему казалось, что, несмотря на царящий вокруг шум, его окружает тишина. Платье идеально сидело на ней. Он был рад, что она надела его; он почти ожидал увидеть ее на пороге своего дома прошлой ночью, требующей, чтобы он забрал платье обратно и что она не хочет больше получать от него подарков.
Его мысли прервала тетя Расин.
— Галено, ты слышал хоть слово из того, что я только что сказала?
Когда он не ответил, она посмотрела ему в лицо и перевела взгляд на то, что привело его в такой восторг. Она увидела темнокожую красавицу в платье цвета слоновой кости.
— Это она?
— Да.
— Ты сделал правильный выбор, Неве. Она прекрасна.
Затем Расин ахнула:
— О боже, это Гейл Грейсон?
Прежде чем Гален успел ответить, Расин грациозно исчезла в толпе. Он улыбнулся, когда две женщины обнялись, но его взгляд был прикован к Эстер. Он отметил мягкую смуглую грацию ее шеи и плеч, соблазнительный изгиб губ. Он подумал о том, как они в последний раз были вместе, и его кровь забурлила, словно у неопытного юноши. Он почувствовал, как колотится его сердце, почувствовал, как в нем просыпается возбуждение. Он не знал, что чувствует из-за того, что его так сильно влечет к прекрасной Индиго Уайатт, но был уверен, что справится с этой задачей.
Гейл и Расин, держась за руки, вернулись туда, где стоял Гален. В следующие несколько мгновений они возобновили дружбу, задавая вопросы, смеясь и проливая слезы. Пока они продолжали взволнованно разговаривать, Гален поприветствовал Квинтов.
Фостер искренне сказал: