«Нет, нет», — сказала я себе. Почему я чувствовала такое отвращение? Колин был хорошим человеком. Мне было бы хорошо с ним. Но я сравнивала его с другими и находила то, чего ему недостает — с Дугалом, который заставлял меня думать, что наша дружба перерастет во что-то более возвышенное; с Фабианом, который возбуждал и дал ясно понять, какого рода отношения могли бы сложиться между нами.
Глупо было думать об этих двоих. С Колиным их нельзя было сравнивать. Колин никогда не мог бы быть так захвачен красотой, как это случилось с Дугалом; он никогда бы не позволил себе никаких отношений, кроме респектабельных.
Иногда я думала, что было бы глупо отказываться от Колина. Леди Харриет права. Замужество с ним было не только лучшим, но и единственным решением.
Когда я сидела, прислонившись к изгороди паддока, я часто ловила себя на том, что смотрю на определенное окно и вспоминаю, как много лет тому назад мисс Люси посматривала оттуда на нас, когда мы брали уроки верховой езды.
Однажды я заметила, как шевельнулась портьера. У окна стояла фигура, смотревшая вниз, на меня. Мисс Люси. Я подняла руку и помахала. Ответа не последовало, и через некоторое время я увидела, что она отошла; как будто ее отвели.
После этого я видела ее часто, бывая там обычно во второй половине дня и нередко в одно и то же время. Это было похоже на договоренность между нами.
Я все больше и больше беспокоилась о своем отце. Теперь он время от времени говорил о моей матери, и я чувствовала, что он находит удовлетворение, живя как бы в прошлом.
— Все, что она собиралась сделать, было для тебя, — мечтательно сказал он мне, внезапно проснувшись, после того как во время моего чтения вздремнул, и обнаружив, что я остановилась. — Она так хотела ребенка. Она была счастлива, что дождалась твоего появления. Я не видел ничего прекраснее ее лица в то время, когда она держала тебя в руках. Она хотела, чтобы ты была хорошо устроена в жизни. Я рад, что Колин Брейди здесь. Он хороший человек. Я чувствую, что доверяю ему так, как мало кому другому.
— Да, — согласилась я, — он оказался хорошим.
— Он примет все, когда меня не будет. Это как раз то. что он должен сделать. Он будет вести службу лучше, чем я.
— Тебя здесь очень любили, отец.
— Я слишком рассеянный. На самом деле не создан быть пастором.
— А ты думаешь, что Колин создан?
— Привыкший с пеленок. У него это в крови. Его отец и дедушка оба были церковниками. Друзилла, другие варианты будут намного хуже… это самое лучшее, что ты могла бы сделать. Он человек, которому я тебя доверяю.
— Очень многие думают, что мне было бы удобно выйти замуж за Колина Брейди.
— Пасторский дом всегда был твоим родным.
— Да. Но женится ли кто-то из-за дома? А ты?
Он улыбался, его мысли уплыли к тем дням, когда была жива моя мать.
— Твой выбор может оказаться намного хуже, — прошептал он.
Все они заботились о моем будущем, и ответ казался им очевидным… даже моему отцу.
Однажды, когда я была в паддоке, ко мне пришла Айша. Я встревожилась, увидев ее. Она улыбнулась мне и сказала:
— Вы часто приходите сюда.
— Здесь так тихо и мирно.
— Тихо… мирно, — повторила она. — Моя госпожа видит вас. Она высматривает вас.
— Да, я заметила ее.
— Она хочет с вами поговорить.
— Со мной?
Она кивнула.
— Она никогда не забывает о вас.
— О… вы имеете в виду… то время, когда я взяла веер.
— Бедняга. Она живет большей частью в прошлом. Она больна, боюсь… очень больна. Она говорит о воссоединении с Джеральдом. Это была ее единственная любовь. Удивительно видеть, с какой радостью она ожидает воссоединения. Пойдемте? Видите, она следит за нами из окна. Она очень хочет поговорить с вами.
Я последовала за Айшей в дом, затем мы поднялись вверх по большой лестнице, надеясь по пути не встретить леди Харриет.
Мы прошли по длинному проходу и подошли к двери той комнаты, где я нашла веер из павлиньих перьев. Он по-прежнему лежал на месте.
Мисс Люси стояла у окна. Она была в халате и тапочках.
— Я привела ее к вам, мисс, — почтительно проговорила Айша.
— Добро пожаловать, моя дорогая, — сказала мисс Люси. — Как я рада вас здесь видеть. Прошло много времени с тех пор, как мы встречались. Но я вас видела. — Она неопределенно махнула рукой в сторону окна. — Входите и поговорите со мной.
— Садитесь сюда, — сказала Айша, усаживая мисс Люси на ее стул и подвигая мне другой.
— Моя дорогая, скажите мне, — сказала мисс Люси, — ваша жизнь не была хорошей?
Я колебалась. Я не была уверена. Была ли моя жизнь хорошей? Возможно, частично.
— Много ли случилось нехорошего? — настаивала она. Я медленно кивнула. Все эти беспокойства с Лавинией… тяжкое испытание с полицией… грусть о Джанин… трагедия с Мириам… разочарование, связанное с Дугалом… стычки с Фабианом.
— Вы никогда не должны были брать его, — продолжала она. — Это дань…
Я поняла, что она говорила о веере из павлиньих перьев.
— Вы когда-нибудь вспоминали о нем? — спросила она. — Красота тех перьев. Вы помните драгоценные камни… добро и зло?.. Такой красивый… но красота может быть злой.
