Работа в «Крылатой почте» — это престижно, если вы живёте в постапокалиптическом государстве Анфикс. Миром нынче правят паровые технологии, по небу летают аэростаты, а за питомцев — механоиды, потому что все животные вымерли в результате катастрофы десятки лет тому назад.Габриэлла, почтовый пилот, со своими друзьями получает задание доставить заказное письмо лично в руки по координатам, указывающим в самую глушь. Казалось бы, безобидное поручение. Но это — лишь начало, и в его исполнении героям придётся столкнуться с прошлым друг друга и взглянуть в лицо неопределённому будущему.
Я бесшумно перемещалась по палубе корабля, пытаясь не шуршать шинелью и не скрипеть досками, по которым ступаю. «К чему такая осторожность?» — спросите вы. Ответ одновременно прост и сложен, как сам мир. В двух словах — я пыталась добраться до кабинета капитана, не потревожив при этом персонал. Нужно было передать сообщение, а стоило дать себя заметить, и всё — пиши пропало. Кому, как не мне знать, что даже среди команды о некоторых вещах говорить опасно…
Моросил мелкий дождь. Почти конец ноября, а эта постоянная влага никак не сменялась снегом. Натянув кепи поглубже, я прижалась к стенке. За углом раздавались голоса.
Матросы обсуждали последние новости, но даже леденящие душу слухи о пропажах одиноких людей не мешали им смотреть в оба.
Проскользнуть мимо них не так–то просто…
— Эй, смотри, что это там такое?!
Разве что, у вас есть надёжные союзники.
— Гляди, сигнальные огни!
— На пристани? Что там происходит?
И мне повезло таковых иметь, а потому, стоило мужчинам отвлечься, я прошмыгнула к своей цели. Несмотря на всю бдительность, есть удобные моменты, которыми можно воспользоваться.
Оказавшись внутри и тихо заперев дверь, я бесшумно выдохнула.
Молодой капитан мирно посапывал, сидя за своим столом. Голову он устроил на руках поверх карты. Темные кудри упали ему на глаза, но это абсолютно не мешало. Я улыбнулась. Когда–то он таки научится рассчитывать свои силы и работать с меньшей самоотдачей.
Но явно не сегодня.
Выудив из–за пазухи письмо, я оставила его на карте. Потом достала ещё одно — аккуратный конверт с другим адресатом. Я внимательно посмотрела на него. Для решения понадобилась всего пара мгновений. Точнее, для отказа самой себе. Нельзя. Если он узнает, где я, прилетит, и тогда я не смогу остаться. А если нет, то принять это будет ещё сложнее. И всё–таки, как же мне хотелось передать и ему хотя бы пару слов…
Я лишь вздохнула. Нельзя — значит, нельзя. Они не должны заподозрить, что мы переписываемся. А он попросту не должен знать, где я. Слишком опасно.
Спрятав второе послание обратно и взглянув на воздухоплавателя ещё раз, я открыла окно. Небольшое, но мне хватит, чтобы пролезть.
Зацепив складной крюк за край, я стала спускаться по верёвке вдоль борта, пока не спрыгнула на небольшую воздушную лодочку, управляемую моим другом. Оказавшись там, я нажала на рычаг, отчего крюк моментально сложился и начал свободное падение вплоть до момента, когда я закрутила всю верёвку вокруг запястья.
— Доставила? — спросил Лиум — брюнет в почтовой униформе, с гладко выбритыми щеками.
Я кивнула.
— Сработали на славу. Трогай.
И друг бесшумно повёл наш летательный аппарат, именуемый аэростатом, по вечернему небу, подальше от огромного судна воздухоплавателей.
— Какой следующий пункт?
— Элизабет–стрит 32, десятый этаж, пятая квартира. Солидная посылочка.
— Подкинешь к балкону?
— Конечно! Не пешком же таскать. Знаю я эти подъёмники, вечно неисправные, — проворчал Лиум.
— Да и не люблю я их, — я поморщилась. — Там можно застрять на пару часов и всюду опоздать.
Он в ответ лишь хмыкнул.
— Может, я поведу?
— А хочешь? — усмехнулся друг. — Ты же и так весь день за штурвалом.
— Я люблю это, ты же знаешь, — смущенно призналась я. — И в конце концов, я здесь пилот.
— Запрыгивай, — ответил он, освобождая место, а сам занимая на соседнее.
— Можешь пока подремать.
— Всё в порядке, — отмахнулся он, пока я любовалась потемневшим небом.
Мы неспешно летели над вечерней столицей, наблюдая прекрасный вид. Огни сверкали, словно сотни светлячков. Ярус за ярусом город становился всё краше и дороже, удивляя искусностью архитекторов. Выше над головой, в небе, проплывали большие дирижабли, а прямо над крышами сновали туда–сюда аэростаты на паровых и водородных двигателях. По дорогам ездили машины, испуская клубы пара, а фонари зажигались один за другим.
Я мягко повела штурвал вправо, к нужному адресу, и машина послушно сменила направление в сгустившихся сумерках. Устав за целый день, мы пока не говорили, а лишь глядели в выпуклое лобовое стекло.
Ах да, я ведь вам не представилась.
Я — Габриэлла Флайхай. В детстве меня чаще звали Габи, но один чудесный человек придумал иное сокращение — Элл. С тех пор я представляюсь только так, но моей лучшей подруге — фанатке сыра — это не мешает называть меня Бри. Очень смешно, я аж надорвалась, вот серьёзно. И если вас тревожит вопрос, почему мы только что не давали покоя капитану воздушного судна, то не беспокойтесь: мы им не ограничились, и впереди ещё около двух десятков людей.
Всё это на правах почтальонов крупнейшей службы доставки «Крылатая почта». Мы работаем, пока все сегодняшние письма и посылки не попадут к своим адресатам. А так как грядут праздники, то дел хватает. Зато полюбоваться таким видом явно того стоит.
Согревшись в тёплой кабине, я одной рукой сняла фуражку и распустила русые волосы, чтобы немного расслабиться. И так весь день гоняем туда–сюда.
