И они снова атаковали, дождавшись зеленых огоньков на крошечных мониторах внутри шлемов. Следом, не так смело, пригибаясь, пошли стражники и местные, те, кто решил взять оружие в руки. Енот бежал за Ганом, стараясь не отставать, быстрее пересечь площадь и добраться до остатков баррикады. Пыль оседала, и было видно, что оставшиеся в живых защитники отступают к воротам, даже не пытаясь отстреливаться. И молодому чистильщику-новобранцу не было стыдно, когда он впервые в жизни поднял оружие, целясь в спину бегущего врага, и нажал на крючок. Враг есть враг, он это уже понял. Приклад мягко ударил в плечо, фигура в прицеле сбилась с бега, дернулась и полетела на асфальт, нелепо раскинув руки.
Странно, но тогда, в степи, у него даже мысли не возникло открыть свой собственный счет. А вот сейчас… Раз, щелчком отметилась в голове первая зарубка.
Вечером следующего дня, когда глаза уже не на шутку слипались от усталости, радия Тундры затрещала, вызывая его на контакт.
— Да, Кэп, на связи.
— Чуть ещё простоишь и все, сниматься можно будет.
— А что такое?
— Первый отряд безопасников в километре от города. Они сразу разделятся, часть пойдет к тебе, часть останется на наших воротах.
— Вот это хорошо, спасибо, командир.
— Да не за что. Расслабляться не стоит, нам ещё под землёй всем работать.
— Это точно.
Тундра отключился от канала, довольно улыбнулся и подмигнул практически валившемуся с ног Еноту. Тот недоуменно уставился на него:
— А что такое случилось?
— С Альянса силы подошли, так что, боец, все, конец плохим ожиданиям.
Енот улыбнулся, довольно и совершенно по-детски. Тундра посмотрел на него, хмыкнул и двинул в караулку, на ходу бросив:
— Ты пока не расслабляйся тут, бди, и присматривай за напарником.
Парень кивнул.
Мысли в голове разом заворочались. Подумать только, неделю назад он так же точно торчал на вышке, задроченный по самое не хочу, а сейчас? Все стало куда более сложным и тяжелым, да вдобавок перспектива насильственно погибнуть сделалась намного реальнее, ну и что? Дело того стоило. Покосившись на стоявшего у другого края рыжего патрульного, Енот снова задумался, не забывая следить за обстановкой. Пока, слава Мэдмаксу, не было ни столбов пыли за невысокими холмами, ни рычания моторов с той стороны, откуда люди Герца ждали вооруженной помощи Эмирата.
Мысли крутились вокруг событий последних дней, перескакивая с одного на другое, выбрасывая разные воспоминания, которых хватило бы прошлому Еноту на целую жизнь. Новому это казалось само собой разумеющимся и привычным. Даже вчерашний бой, оказавшийся самым серьезным за все время нахождение в отряде, не ударил так, как мог бы. Нет, ничего подобного. Наверное, своё боевое крещение он уже прошел, и так, что не было стыдно перед новыми товарищами.
«Не товарищами, — мысленно поправился Енот, — братьями». Именно братьями. И что говорить — от таких братьев и сестер, которых судьба послала ему, парню с неудачной судьбой, сироте, потерявшему все, отказаться было невозможно. Да, своим он уже практически стал, это было заметно. Но все равно, надо и дальше стараться, чтобы отношение к нему стало совсем другим. И этого Енот решил добиваться всеми способами, что были доступны.
Вчера, видя, что Мусорщика и Толстого, попавших к Южному рынку в числе первых, шатает от усталости, он сам вызвался занять пост до утра. Одобрительный взгляд Тундры, выдавшего ему толстую коробку прибора ночного видения, явно говорил о том, что решение было правильное. Спасибо рыжему стражнику, вместе с ним заступившему на дежурство. С ним стоять было не так скучно и тоскливо.
