— Не знаю… Но, думаю, как и все. Собаки на него нападут, как и на нас. Он же обыкновенный человек.
— Обыкновенный?.. — переспросил Руслан и с удовольствием заметил, как опять смутилась Ира.
— Значит, нам нужно надеяться, что на него нападут собаки и порвут его к такой-то матери?
— Его не порвут, — возразила Ира. — Если только очень уж большая стая будет. Но сейчас осень, так что…
— Надежды нет?
— Да он может и не пойдет… — соврала Ира.
— Да, а неплохо было бы, если бы этого твоего Сережу собаки порвали… — задумчиво протянул Руслан.
— Если мы будем столько сидеть, то нас они быстрее разорвут… — Ира встала на ноги и подняла автомат. — А ну, вставай, чего расселся? Пошли!
Она повернулась к нему спиной и нырнула в лес. Руслан торопливо вскочил, закинул «калашников» на плечо, взял свою палку и поспешил следом. После своего недавнего путешествия он очень не хотел оставаться в лесу один.
Шёл полосами дождь, то становясь сильнее, то почти переставая. В лесу он едва ощущался — небо закрывали раскидистые плотные ветви елей. Только шум капель в вышине давал знать, сильный ли дождь. Да ещё иногда им попадались каменные завалы, которые не смогли пробить деревья. Но их так или иначе приходилось обходить стороной.
Ели после камнепада и всего, что случилось затем с растительным и животным миром Земли, тоже изменились. Они вырастали теперь до пятидесяти метров высотой против обычных тридцати, а нижние ветви начинали расти в полутора-двух метрах от земли, переплетаясь и образуя сплошной покров. Если бы ели не росли так часто, то лес просматривался бы на много десятков метров — подлеска совсем не было. В этом мрачном, почти совсем без света лесу росла только ярко-салатного цвета стелющаяся травка, которой все было нипочем. Она даже еловые иголки, казалось, пожирала — во всяком случае, буро-жёлтая хвоя видна только у самых стволов деревьев.
Беглецы шли вдоль дороги, стараясь держать её в поле зрения с правой стороны от себя. Ира решила не выходить на дорогу, пока это будет возможно. Так оставался шанс, что Сергей, не найдя их следов, решит, что ошибся и вернется обратно.
Два часа назад они ненадолго зашли в деревню в поисках еды. Но там, кроме двух заплесневелых кусков непонятно чего, ничего не оказалось. Искать что-то в квартирах было более перспективно, но они не стали терять время. В конце концов, если их догонят, то будет все равно, голодные они или сытые.
— Сколько до этого города твоего? — хрипло спросил Руслан в сотый раз.
— Сто пять километров от Уральска, — не оборачиваясь, ответила Ира и, кажется, ещё прибавила шаг.
Впереди, слева, мелькнуло черно-красное пятно. Руслан похолодел. Чертов пес? Он прибавил шаг, стараясь идти поближе к Ире. Чёрная тень мелькнула между стволами ещё раз и пропала. Потом снова, уже ближе.
Руслан напряженно таращился в ту сторону, так что пару раз споткнулся о камни и чуть не сбил Иру с ног.
— Ты что?
— Там… Что-то черное…
— Вижу, — спокойно сказала Ира и оглянулась на Руслана. — Это собака. Маленькая, она уже минут пятнадцать за нами бежит.
— Так чего ты молчала?!
— А что толку говорить? Она все равно теперь не отстанет. Я думала, ты видел.
Несколько минут они шли молча. Руслан чувствовал, как страх горячей, как чертов пес, рукой сжимает сердце. Он задыхался, пот градом катил по вискам, теряясь в трехдневной щетине.
Вдруг собака взлаяла совсем рядом, заставив обоих беглецов вздрогнуть.
Руслан сорвал автомат с плеча и, как только увидел черно-рыжего пса, выстрелил одиночным. Эхо выстрела гулом прошло по лесу.
— Ты совсем дурак?! — резко обернулась к нему Ира. — Давай выйди на дорогу и ори, что мы здесь! Или просто останься, пусть тебя найдут охотники! Дебил! Дай сюда!
Она бросилась к попятившемуся от неё Руслану и подняла брошенную им только что палку:
— А ну, пошли! Задолбал уже! Или оставайся и целуйся с собаками!
Ира быстро пошла вперёд, не оглядываясь на спутника. Руслан сжал побелевшие от страха и злости губы и несколько секунд смотрел в спину девушки, поднимая автомат все выше и выше. Но тут собака гавкнула ещё раз, ещё ближе, он опомнился и бегом бросился догонять Иру.
Они почти бежали долгих десять минут, пока не вышли в узкий проход между дорогой и длинным каменным завалом. Они оказались в пологой низине, в её нижней точке. Дорога справа шла по высокой, не меньше пяти метров, насыпи. Ира быстро оценила обстановку — слева в лес уходила каменная гряда, и обходить её по лесу теперь не было никакого желания. Ира свернула направо, к дороге. Случись что, по отвесному склону, заросшему мокрой склизкой травой, точно не выбраться.
Но собака ждала их в конце прохода. Грязно-чёрная, в рыжих пятнах дворняга с оскаленными в утробном рычании белоснежными клыками. Руслан попал в неё, когда стрелял, — правое ухо болталось лоскутом, морду, шею и грудь залила кровь. Она была невелика — по колено взрослому человеку, может, чуть выше. Но в ней клокотала такая злость и ярость, что у Руслана зашевелились волосы. Он опять скинул с плеча автомат и передернул затвор.
