Инфлюенсеры полностью

Но внезапно Джасмин стало все равно, что ее увидят. Пусть все видят! Она отошла от туалетного павильона и влилась в толпу – еще одна туристка, пусть и в платье всех цветов радуги.

– Я поцеловала ту девушку, Руби! – крикнула она сестре. – Мне нравится целоваться с девушками. Вот что я выяснила о себе. Вообще-то я всегда это знала. Просто много лет пыталась скрывать, потому что не хотела никого расстраивать. Это ведь не очень сочетается с Лулу Си, не так ли?

Руби неуверенно и смущенно улыбалась, а ее взгляд метался по медленно проплывающей мимо любопытной толпе. Некоторые подталкивали друг друга локтями, пытаясь понять, что происходит.

– У тебя был трудный день, – громко сказала Руби, явно на публику. – Слишком много солнца.

– Да, наверное, так оно и есть! – воскликнула Джасмин, проходя мимо аниматоров в костюмах мультяшных персонажей и сцены, где выступали артисты диснеевского танцевального шоу. Она не знала, куда идет, ей просто нужно было двигаться. – Слишком много солнца! Наверное, поэтому мне нравится целоваться с девушками!

Какая-то девочка толкнула локтем маму. Другая мать зажала ладонями уши своей десятилетней дочери. Да ладно вам, хотела рявкнуть Джасмин. Неужели вы настолько пуритане? Что-то раскрывалось внутри нее. Она вдруг почувствовала себя неуправляемой, непредсказуемой… и свободной.

Руби этого не понять. Может, она никогда и не понимала Джасмин. Речь всегда шла о ее потребностях: о солидном жалованье, которое платила ей Джасмин, солидном настолько, что Руби могла себе позволить купить «БМВ» пятой серии и хорошую квартиру в Голливуде. Или о потребностях родителей: счетах, которые оплачивала Джасмин; комфорте, который она им создала; о статус-кво. Никто не хотел отступить назад и подумать о том, чего хочет Джасмин. Потому что это разрушило бы их идеальный мирок, не так ли?

Вот только она больше не могла оставаться безропотной милой куколкой. То, что сделала Руби – когда скрыла письмо девушки, перекрыла любую возможность для их отношений, даже пригрозила привлечь чертовых адвокатов, и все это за спиной Джасмин, – казалось невыносимо бездумным. Может, в рассуждениях Джасмин и не было логики – возможно, Руби искренне верила, что защищает ее, – но именно сейчас она почувствовала, что Руби намеренно преграждает ей путь к счастью.

Пришло время все изменить.

– Знаешь что, Руби? – сказала она, поворачиваясь к сестре и чувствуя, как слезы щиплют глаза. – Ты уволена. С этой минуты.

На следующее утро Далила стояла на Голливудском бульваре перед Китайским театром Граумана вместе с шестью тысячами других туристов. Уличный оркестр исполнял кавер-версию группы No Doubt. Люди разглядывали звезды актеров на тротуаре. В сувенирной лавке, торгующей голливудскими снежными шарами и уродливыми футболками, было не протолкнуться. А родители Далилы все время хотели ее фотографировать.

– Ава, Далила? Встаньте рядом с Бэтменом! – попросил отец, вскидывая свой гигантский зеркальный фотоаппарат.

Далила взглянула на толстяка в костюме Бэтмена.

– А это обязательно?

Ава хихикнула, когда Бэтмен обнял ее за плечи. Далила нехотя тоже встала в кадр. Слава богу, она догадалась надеть большие солнцезащитные очки. А так бы умерла со стыда, если бы кто-нибудь узнал ее. Далила пыталась объяснить родителям, что ни один уважающий себя уроженец Лос-Анджелеса не заглядывает в эту часть города – как ньюйоркцы приходят на Таймс-сквер разве что по приколу, – но ее никто не слушал.

– Мы должны побывать на Аллее славы, – настаивала мать Далилы. – Перестань. Не строй из себя «слишком крутую для школы».

Так Далила оказалась здесь. Но она согласилась на эту вылазку только потому, что хотела обсудить с родителями весьма щекотливый вопрос. Разговор предстоял важный, но она ждала его со страхом.

Девочки отлепились от Бэтмена, отец заплатил за фотосессию какую-то смешную сумму, и семья двинулась дальше. Далила никак не могла понять, в чем притягательность этой улицы. Все магазины были забиты хламом для туристов и странной, сексуальной одеждой, более подходящей для танцовщиц из Вегаса, а те, что поприличнее, представляли собой стандартные магазины вроде Gap, Sunglasses Hut, Buffalo Wild Wings, которые можно найти в любом торговом центре. Наконец, когда они увернулись от очередной волны ряженых супергероев, она откашлялась. Пора было начинать.

– Мам, я очень хочу сделать эту фотосессию с Патриком.

Мама и бровью не повела.

– Этому не бывать.

– Что ты там еще придумала? – вмешался отец.

– Один фотограф предложил поснимать меня. Для моего Instagram, – объяснила Далила. – Я уже говорила об этом маме.

– А я уже сказала «нет», – отрезала Бетани.

Отец недоуменно посмотрел на Далилу.

– Но твои собственные фотографии действительно хороши, Далила. Тебе не нужен никакой фотограф.

– Особенно незнакомый мужчина, – добавила Бетани.

Далила сильно прикусила внутреннюю сторону щеки.