В кресле сидел Эдгар, поглаживающий рыжего кота… рыжего и очень жирного кота, который мурлыкал на его коленях. Кот не был питомцем как Артёма, так и Максима, в чьей квартире оба находились. Он не был и питомцем Эдгара. Тот просто нашёл его на улице и принёс с собой, как любитель всего, что передвигается на четырёх лапах, издающее мурлыкающие, гавкающие и иные звуки своего существования. Причём, дома у него животных не было — Эдгар не любил убираться за питомцами. Его совсем не смутило то, что у кота был ошейник с поисковым чипом, а значит он был местный и вероятно просто потерялся. Хозяин кота мог появиться в любой момент и предъявить обвинение в похищении четвероного друга. Эдгар обещал сам разыскать хозяина и вернуть «очарование», как он сам окрестил кота, только сначала он его затискает его как подушку. Эдгар всегда был со странностями, и по мере знакомства Артёма с Эдгаром, этих странностей становилось всё больше. Несмотря на все свои особенности, Эдгар был социальным и компанейским парнем. Тем не менее, который никогда не мог ужиться с любой девушкой даже в обычном коридоре, но всегда был своим в любой мужской компании. Тем не менее, у Эдгара была подруга детства — Елена, с которой он рос с детского сада. По никому непонятной причине она была единственной девушкой, с которой он вёл себя адекватно. Но ещё более странным было то, что они никогда не пытались завести романтические отношения в любом виде, а были просто друзьями. Без френдзоны или тайных мечтаний, просто без тяги друг к другу. Их объединяло то, что она тоже была немного с приветом в плане того, что предпочитала неформальный внешний вид: смесь умершего стиля «гот» и стимпанка из старых книг про будущее. Однажды она приходила на работу к Эдгару, так полицейский, что был новичком на ночном дежурстве, подумал что она мятежница в силу её специфичного вида. Мятежница, пришедшая взорвать участок, и быстренько её задержал, отправив в общую камеру изолятора, которая не была пустой… Никто точно не знает: то ли к ней начали приставать, то ли ей готичная моча в голову стукнула, но всех троих сокамерников она отправила в нокаут, при этом даже не повредив свои чёрные ногти. Полицейского того потом наказали, но работы он не лишился, правда отправлять его на ночные дежурства больше не стали. Эдгар обещал познакомить Артёма со своей подругой, чему тот особо рад не был ну вот совсем. Тем не менее, Эдгар много времени проводил с ней, а иногда с ней и её очередным парнем, поэтому её появление, рано или поздно, было неизбежным. А так, лучших друзей у Эдгара больше не было в силу обилия тараканов в его голове, но каким-то образом Артёму удавалось находить с ним общий язык и взаимопонимание. Артём давно понял, что Эдгар неплохой человек и на удивление невероятно интересный своей начитанностью, но с юмором у него был полный провал.
После того, как Геля стала светочем, Артём стал испытывать некое ощущение внутренней пустоты. Он не мог находиться один дома или где-то ещё. Максим постоянно был на работе и стремясь к креслу больного босса, пропадал на ней до глубокой ночи. Был ещё друг детства — Дима Марьянов, но тот несколько лет назад переехал в другой город, и связь с ним постепенно оборвалась.
Приёмные родители любили Артёма и относились к нему хорошо, но они пустоту не могли закрыть, хотя Артём провёл весь прошлый день именно у них в гостях. Кроме обычных знакомств, у юноши больше никого не было. Эдгар никак не мог заменить собой Гелю во всех смыслах, но в его компании Артём хотя бы переключался на что-то другое, а не на вечное страдание по той, которую потерял, ибо он постоянно безудержно мониторе новости по её персоне, интересуясь о том, как она там живёт, и ища любую зацепку до неё добраться. О том, как она выступает на публике в разных городах или пропадает в Конкордии. Он не знал того, когда она снова объявится в Новограде и объявится ли вообще.
— Классная у тя хата, не думаешь отжать у брата? — спросил его Эдгар.
— Чего? — удивился Артём, отворачиваясь от окна.
— Он богат, купит себе новую, а ты сюда крыс запусти или тараканов, — улыбнулся тот. — Он быстро сбежит.
— Иногда твои идеи меня поражают, — вздохнул Артём.
— Да шучу я, расслабься, — посмеялся Эдгар. — А ты знал, что тараканы — живородящие? Они не откладывают яйца, а…
— Если не прекратишь, то… — запнулся Артём.
Он не знал, что сказать, но очень желал оборвать ход мыслей приятеля.
— Каждый важен, каждый будет услышан, — внезапно сказал Эдгар.
— Что? — переспросил его Артём.
— Да вон, — сказав, Эдгар пальцем указал на телевизор, работающем в беззвучном режиме. — Церера опять новости зачитывает, иногда она повторяется в фразах, и уже по губам можно понять то, что она говорит. Ты замечал, что одни и те же слова она всегда говорит с одинаковой мимикой?
— Она машина.
— Ага, да-да, не спорю. А ещё интересно, она ощущает себя мужчиной или женщиной… или, её лицо просто аватар рандомного пола? — рассуждал Эдгар.
— Боже, — вздохнув, Артём приложил к лицу ладонь.
