– Скоге прибудет за день до церемонии, – продолжил Эмиль. – А пока Кристин расскажет мисс Лерой о предстоящем мероприятии и обучит некоторым нашим правилам.
Он поднялся, показывая, что на этом все. Реми еще было что сказать, однако Люциус внезапно склонил перед Эбби голову и сказал:
– Благодарю за помощь, мисс Лерой.
– Да не за что пока, – смутилась она. – Просто пообещайте, что со мной ничего не случится.
– Даю слово, – уверенно заявил Люциус, и Реми был вынужден признать, что его друг никогда своих слов не нарушал. Но какова оказалась девица! Выглядит сущим дворовым котенком – худющая, маленькая, вечно насупленная, чуть что – сразу кусаться. И готова пойти на риск ради совершенно чужого ей человека. Даже не человека, что особенно удивительно. Реми проводил Эбби взглядом и устало прикрыл глаза ладонью.
– Она лучше, чем мне показалось на первый взгляд, – сказал Эмиль. – Лучше, чем была та.
Реми ненавидел его в такие моменты.
– У той было имя, – напомнил он, с трудом сдерживая гнев. – И ты его прекрасно помнишь, брат. Ты же ничего и никогда не забываешь.
– Как и ты, – улыбнулся Эмиль. – Ты простишь нас когда-нибудь или планируешь наказывать до конца наших дней?
Люциус тихо хмыкнул, будучи в курсе той давней истории. И тогда, помнится, он выступал на стороне Эмиля и Леона. Но его почему-то не получалось в этом винить.
– Ладно, меня ждут дела. Я передам Кристин результаты нашей беседы, а ты, Реми, пока остынь, иначе напугаешь свою подругу.
Эмиль похлопал Реми по плечу и вышел. Люциус проводил его взглядом и сел обратно в кресло, закинув ногу на ногу.
– Ты дурак, Реми, полный дурак. И Эмиль это тоже понимает. Ты наказываешь не их, а себя, так что прекращай это.
– Если мне понадобится срочная психологическая помощь, я найду к кому обратиться.
– Тебе нужен не психолог, а мозги, – одернул его Люциус. – Или кто-то рядом, у кого они есть.
Реми подумал про Лерой и не сдержал ухмылки.
– Думаю, у меня есть кое-кто на примете.
– Не человек, Реми. Это мы уже проходили.
Реми снова помрачнел. Не все вещи так легко забываются, как хотелось бы, особенно потери. Это то, что делает их с Лерой еще ближе друг к другу. Их внутренние раны тянутся друг к другу, и этот процесс уже зашел слишком далеко.
– Что ты предлагаешь? – устало спросил Реми, наклонившись вперед и спрятав лицо в ладонях. Надо же, как глухо звучит его голос.
– В отличие от некоторых, я учусь на своих ошибках. – Судя по скрипу, Люциус поднялся на ноги. – И больше не буду давать тебе советов. У тебя хоть и дырявая, но своя голова на плечах. Но если обожжешься снова…
– К тебе не приходить?
Тень нависла над Реми, и тяжелая горячая ладонь потрепала по волосам.
– Я же говорю, дурак ты.
Звук его шагов, уверенных и четких, как и сам Люциус, удалился. Открылась и снова закрылась дверь. Реми отчаянно потер лицо, вскочил, сделал круг по комнате и, выругавшись, выбежал вон. Запах вел на второй этаж, и Реми вприпрыжку преодолел лестницу. Эбби только зашла в свою комнату, и Реми без стука распахнул дверь.
– Лерой! – Он замолчал, восстанавливая дыхание. Девушка большими встревоженными глазами смотрела на него и ждала продолжения. – Лерой, я…
– Прости, – перебила она. – Мне стоило посоветоваться с тобой, но это решение должна была принять я сама.
– Да знаю я. Я хотел сказать, что я с тобой. Мы прорвемся, и все будет хорошо.
Скоге пахла горьким осенним дымом и кислым клюквенным соком. Ее смуглое гладкое тело было похоже на ивовый прут – гибкий и тонкий. Из выреза простой домотканой рубахи выглядывали острые ключицы, а из-под полы длинной юбки – аккуратные босые ступни с необычно толстыми черными ногтями. На длинной шее позвякивало ожерелье из медных монет. На вид скоге было не больше двадцати. На красивом личике сердечком выделялись большие зеленые глаза в обрамлении загнутых ресниц. Белокурые волосы спадали по покатым обнаженным плечам ниже поясницы. Двигалась скоге легко и грациозно, но не как человек. Как дикий зверь.
– Спасибо, что отозвались на нашу просьбу о помощи, – учтиво поклонился Эмиль Инг-Мари. – Для нашего рода большая честь принимать вас, сестра леса.
Скоге качнула головой, и монеты на ее шее мелодично зазвенели. Чарующий взгляд нереально зеленых глаз быстро окинул собравшихся и остановился на Эбби. Алые пухлые губы скоге изогнулись в улыбке, но Эбби не была уверена, что хотела бы, чтобы ей так улыбались. Слишком много было в этой улыбке власти.
– Да, это она, – ответил Эмиль на невысказанный вопрос. – Я говорил вам о ней. Вы возьметесь за колдовство?
Эбби стояла ни жива ни мертва. От девушки-фэйри несло чем-то жутким, иррационально пугающим, как темнота в пустой комнате. Безымянная скоге заглядывала ей прямиком в душу и видела там что-то, что явно вызывало у нее интерес.
– Я хочу остаться с ней наедине, – попросила скоге. Мелодичным приятным голосом. Хотя, скорее, приказала, и миловидная, трогательно беззащитная внешность не могла обмануть.
