Его инициатива была подхвачена парой человек и ставка поднялась до пяти тысяч. Матвей решил закрыть вопрос о победителе одним словом и произнес: «Десять».
Глаза Поликарпова увеличились в диаметре. Он хотел было остановить Матвея, но, вспомнил про свой проигрыш и промолчал, не желая быть единственным неудачником среди их пары.
Аукционист начал свой отсчет. После произнесенной цифры он заглядывал в глаза чуть ли не каждому из присутствующих. Досчитав до двух, он взмахнул молотком и резко ударил по деревянной шайбе. Входная дверь проскрипела. В просвете показался парень лет двадцати, который забегал глазами по помещению и устремился к аукционному столу.
«Три, – закончил аукционист отсчет. – Продано молодому человеку за десять тысяч рублей!».
– Стойте, стойте, – только что пришедший парень подбежал к столу и уставился на коробку. – Стойте, я хочу сделать ставку.
– Молодой человек, этот лот уже продан, – заявил аукционист.
– Сделайте исключение, дайте сделать ставку! – молодой человек повысил голос на несколько тонов.
Аукционист отреагировал на это без каких бы то ни было реплик, а лишь нашел глазами охранника и жестом подозвал его.
– Забирайте коробку, – обратился затем он к Матвею.
– За сколько вы ее купили? Я могу дать вдвое больше, – вмешался наглый пришедший.
Матвей попросил не мешать и, взяв коробку, проследовал в отдельное помещение. Следом за ним шел Поликарпов. Наглый юнец тоже не стал оставаться на месте.
– Я могу заплатить вам за нее вдвое больше, – повторил он, идя за Матвеем.
Поликарпов уже было согласился перепродать коробку, но нахмуренные глаза Матвея пресекли предложение оферты.
– Зачем тебе этот хлам? – шепнул Поликарпов. – Можно ведь продать этому юнцу тысяч за пятьдесят.
Матвей взглянул на юнца, который смотрел кошачьими глазами на него, стоя в нескольких метрах, потом обратился к Поликарпову:
– Ты ведь сам говорил, что в этих коробках содержимое на несколько сотен тысяч попадается. Кстати, может скажешь, что тебе досталось? – Матвей начал надрывать скотч на коробке, которого оказалось слишком много для обыкновенной посылки.
– Не при нем, – Поликарпов указал пальцем на юного незнакомца, выказывая тем самым свою пренебрежительность. Он выдержал паузу в несколько секунд и обратился к назойливому наблюдателю:
– На кой черт тебе эта коробка вообще сдалась?
От этих слов парень оживился и подскочил к партнерам несколькими короткими шагами.
– Дело в том, – начал он, бегая глазами по сторонам, – я эту посылку матери отправлял, в ней семейные реликвии, очень личные. Но только я по ошибке не тот адрес указал, вот посылка и вернулась, а когда я узнал о возврате, то сразу кинулся на почту. Там мне сказали, что в связи с месячным простоем посылка утилизирована. Я конечно же не поверил. Нет, ну как такие ценности могут быть уничтожены? Я ее сразу узнал вот по этому маленькому крестику на торце, – юнец показал пальцем на черное маркерное перекрестие. – Ну что, продадите мне ее?
– И сколько ж ты готов выложить за коробку? – спросил Поликарпов. Глаза его набрали алчного блеска. Матвей молчал и возился с клейкой лентой.
– Пятнадцать тысяч рублей, – юнец достал из кармана измятые купюры, тут же их сосчитал и протянул Поликарпову.
– Так дело не пойдет, пятьдесят давай, – воспротивился Поликарпов. Матвей ухмыльнулся прыти своего помощника.
– Пятьдесят могу через несколько дней насобирать. Вот возьмите пятнадцать, – юнец потряс купюрами, – а тридцать пять я обещаю в течение недели отдать.
– Смотри какой наглый нашелся, – сказал Поликарпов, обратившись к Матвею, – или пятьдесят тысяч сейчас, – перекинул он взгляд на юнца, – или катись на все четыре стороны.
Матвей совершенно не был заинтересован пустыми переговорами и вот уже почти добрался до последнего слоя скотча.
Юнец попытался скорчить лицо переживающего утрату человека, но оказался плохим актером и не смог разжалобить Поликарпова.
– Я могу заплатить за коробку семьдесят тысяч, если вы подержите ее у себя три дня, не вскрывая, идет?
Поликарпов посмотрел на Матвея, который тут же прекратил резать скотч, и, увидев его одобрительный взгляд, сказал:
– Хорошо, но если через три дня ты не появишься, то плакали твои семейные реликвии. Поликарпов написал на бумажке адрес «Золотой короны» и передал его счастливому юнцу.
Матвею на самом деле была безразлична судьба коробки, но и легкий шанс подзаработать он упускать не хотел. Он конечно же догадался, что его компаньону попалась какая-то безделушка, поэтому уже не надеялся заполучить что-то ценное. К тому же сделка была прозрачной и добровольной, хотя и немного очернена алчными нападками Поликарпова.
В то время как Матвей и Поликарпов участвовали в аукционных баталиях, Гриша бродил между стеллажей, протирая запылившийся товар. В этот момент дверь магазина резко открылась. Внутрь вошла девушка лет тридцати, с пышными светлыми волосами и яркой красной помадой на губах. Одета она была так, словно направляется на свидание.
– Добрый день! – звонко заявила она.
